Боковым зрением вижу, что Дарина замерла. Она тоже узнала заставку. Скорее всего, она гордится тем, что сериал снимали в её родовом поместье. Я хотела спросить её об усадьбе, но, повернувшись, поняла: сейчас ей не до разговоров.
В ее мертвых глазах загорается огонек. Маленький, тусклый, но живой. И дело тут совсем не в гордости. В то время как я выискивала взглядом Максима, она видит только Никиту. Следит за каждым его движением с такой жадностью и отчаянием, что мне становится неловко. Точно как в детстве, когда я застала маму за разговором с фотографией отца.
Трейлер заканчивается. Огонек гаснет. Ее взгляд снова пуст. Мое сердце горит от обиды за друга. Зачем она с ним, если не любит? Что это за пытка? Впрочем, я не могу ее упрекнуть. Сама встречаюсь с Антоном ради выгоды. Впервые осознаю, что до этого момента не воспринимала его как человека. Он для меня лишь инструмент. Но когда так поступают с близкими, это неприятно и заставляет задуматься.
Мы продолжаем смотреть фильм, но я нетерпеливо считаю минуты до конца вечера. Только вернувшись домой, приняв горячий душ и забравшись под тёплое одеяло, я наконец расслабляюсь. Не понимаю, почему так нервничала и почему чувствую стыд. Закрываю глаза, но внутри тишина, и я даю волю слезам. Постепенно тревога уходит, и я осознаю, что плакала от страха. Боюсь стать похожей на Дарину, но все равно иду её путем, продолжая отношения с нелюбимым. Всё ради мести.
Утром отправляюсь к Солнцевым. Мирослава пригласила меня в гости, чтобы помочь придумать концепцию для ее дня рождения. Она решила устроить тематическую вечеринку, но не может определиться с темой.
- Может быть, 90-е? - предлагаю я, рассматривая варианты ивент-агента.
- А что? Найду свои розовые лосины, сделаю начес, - поддерживает Мира.
- Повесим везде ковры. Я видела, раньше они были в каждой квартире. Что ещё?
Мои знания об интерьере того времени ограничены.
- Сейчас принесу фотографии, у меня их целая коробка, посмотришь, как мы умели отжигать, - Мира стремительно взбегает по лестнице и вскоре возвращается с большой синей коробкой.
Пальцы покалывает от нетерпения — хочется скорее увидеть содержимое. Наверняка там есть и мои родители.Я не ошиблась, с первого же снимка на меня смотрит папа. Его волосы зачесаны назад, взгляд карих глаз направлен на камеру, он едва заметно улыбается. У самого лица - рука с зажатой между пальцами дымящейся сигаретой. Он очень красивый, мужественный, в нем чувствуется сила и уверенность. Я мысленно поражаюсь, что никто ещё не догадался, чей сын Максим, он буквально копия отца в этом возрасте.
Мира спокойным голосом комментирует фотографии. Я поддерживаю беседу, задавая вопросы о каждом, кто на них запечатлен. Судя по количеству снимков, все праздники наши родители отмечали вместе: летние шашлыки сменяются новогодними елками. Вот Мира, мама и девушка с длинными светлыми волосами позируют на фоне моря. Вот уже мама и Мира в компании брюнетки гуляют по заснеженной Москве. А вот явно чей-то день рождения — на фоне стол с праздничным тортом. Люди остаются неизменными: мои родители, Солнцевы и Виктор. Но его подружки на каждом снимке разные.
Я ухожу в свои мысли и не сразу замечаю, что Мира замолчала, задумчиво разглядывая снимок отца.
- Разговорились с тобой, и я вспомнила, что сегодня годовщина у Саши... Ни разу не была на его могиле, но знаешь, сегодня прямо тянет, - задумчиво говорит она. - Поедешь со мной?
Сердце замирает. Тысячу раз да!
— Конечно, — отвечаю я сдержанно.
Она торопливо собирает фотографии, переодевается, и мы идём на кладбище. Я думала, нам придётся долго искать нужное место среди надгробий, ведь ни я, ни Мирослава не знаем, куда идти. К счастью, сторож сразу понимает, кого мы ищем, и проводит нас к мраморному памятнику.
Первое, что бросается в глаза, — свежие бордовые розы.
- Андрей, наверное, приезжал, — тихо говорит Мирослава и наклоняется, чтобы положить свой букет.
Я неуверенно замираю, до боли сжимая в руках две белые розы. Отец широко улыбается мне с памятника, и я не сдерживаю слез. Спешно стираю их ладонью, впрочем, Мирослава не смотрит на меня — она присела на низкую лавочку и, опустив голову, шепчет что-то, будто разговаривает с папой.
Я не двигаюсь, внутри меня покой.
-Вот мы и встретились, папа, — мысленно обращаюсь я к нему. Мне так не хватает тебя. Знаю, что ты помогаешь мне, ты мой ангел-хранитель. Пожалуйста, не оставляй меня. Дай мне сил довести дело до конца, дай сил отомстить за тебя.