Перед зеркалом наношу яркий макияж. Вишнёвая помада и духи. Долго настраиваю себя и наконец вижу в зеркале взгляд Катерины Мороз. Надменный и безразличный. Это маска, но мне кажется, боль отступает.
Антон входит в комнату, и я вздрагиваю. Забываю, что это его квартира. Подходит ближе и осматривает меня каким-то новым взглядом. Колючим, взглядом зверя, загнанного в ловушку.
- Хорошо выглядишь.
- Спасибо. Будем что-то обсуждать?
— Есть что сказать? Уходишь к моему брату? — спокойно интересуется он.
— Нет, — тихо отвечаю я.
— Тогда и причин нет, — говорит он с ледяным спокойствием.
Он внимательно смотрит на меня, его взгляд останавливается на моих глазах, и в его лице мелькает что-то человеческое.
— Точно все в порядке?
— Да, — улыбаюсь ему с легкой улыбкой, как это делает Катерина. — Пойдем?
Он галантно пропускает меня вперёд. Затем помогает сесть в машину и поправляет длинный шлейф платья. Я вижу в его жестах нервозность. Это заставляет меня напрячься.
Мы подъезжаем, когда все гости уже в сборе, беру Антона под руку и делаю шаг в богато украшенный зал.
Сводчатые потолки, которые раньше скрывались под современной штукатуркой, теперь украшают ткани цвета ночного неба — глубокого индиго и серебристого. С них свисают необычные люминесцентные гирлянды, похожие на светлячков или звезды, пойманные в сеть. Их призрачный свет создает загадочную, волшебную полутьму, становясь основным источником освещения.
Вдоль каменных стен выстроились высокие факелы, стилизованные под старину. Их пламя было не оранжевым, а холодным, бирюзово-синим — магический огонь, не оставляющий дыма, лишь мерцающее сияние. Между факелами висели гербы и штандарты с изображениями несуществующих домов: переплетённые драконы и единороги, сияющие древа мудрости, парящие соколы на лазурном поле.
Центром зала служил длинный, массивный стол, напоминающий срубленную и отполированную секвойю. Его не накрыли белой скатертью — дерево блестело естественной текстурой, усыпанное тончайшей серебряной пылью, похожей на иней. Сервировка была нарочито простой и изысканной: толстостенные кубки из матового стекла или керамики, имитирующей чеканное серебро, тяжёлые столовые приборы с ручками в виде звериных голов или виноградных лоз, тарелки из тёмной обожжённой глины.
Запах витавшей в воздухе смеси — воска, хвои, пряного мёда и жареного мяса — завершал иллюзию пира в рыцарском замке.
На небольшом возвышении в глубине зала, где обычно играл диджей, теперь стоял трон. Не королевский, а скорее лорда или предводителя — из тёмного дерева, с высокой спинкой, резьбой в виде дубовых листьев и двумя фигурами сов по бокам.
Каждая колонна в зале была превращена в дерево. У их оснований лежали «корни» из мешковины и коряг, а стволы обвивали искусственные плющи и лианы с шелковыми листьями. В ветвях-отростках, тянущихся к потолку, тоже прятались крошечные светодиоды, создавая эффект волшебного леса.
— Декоратор постарался на славу, — шепчу я и тут замечаю Артёма, который стоит у одной из колонн.
Я замираю.
Лицо его вытягивается, темнеет. Линия челюсти становится резче от напряжения. В глазах — растерянность и злость. Он видит девушку, которая неделю назад говорила, что будет любить его вечность с другим. На секунду мне кажется, что он сорвется с места и устроит драку, и так кажется не только мне. Маша, стоявшая рядом, осторожно касается его ладони. Он вздрагивает, но не отдергивает руку, а внимательно слушает ее.
Я чувствую себя, как на эшафоте, неуклюже путаюсь в подоле платья. Антон, присев на колени, осторожно высвобождает мой тонкий каблук из складок шифонового шлейфа.
Мы поздравляем Миру. Я общаюсь с другими гостями, но постоянно ощущаю на себе взгляд Артёма. Боюсь, он может вспылить и устроить скандал при всех. Поэтому незаметно выхожу на небольшой балкон, скрытый за плотными портьерами.
Артём не заставляет себя долго ждать, налетает на меня, как демон, нависая сверху. Смотрю на него снизу вверх, смело встречая взгляд его любимых черных глаз.
- Катюша, может объяснишь мне, какого черта происходит?
— Разве это не очевидно? — холодно говорю я.
- Я вообще не понятливый, объясни.
- Я сделала выбор. И это не ты.
- Так мы участвовали в каком-то шоу? Что ж ты сразу не сказала! Я бы лучше старался! – от него волнами исходит злость, но в глазах всё ещё горит огонёк надежды.
- Артём, всё это была большая ошибка. Прости меня, я не хотела сделать больно. Девушкам свойственно ошибаться, Антона давно не было в городе, а ты приехал и весь такой уверенный, вот я и не смогла устоять. Надеюсь, ты сможешь оставить это между нами — от такого потока лжи меня начинает мутить.