В ответ последовало кислое:
— Мне что-то не хочется...
Он кивнул — зачем спорить? — и отправился на первый этаж, немного опасаясь, как воспримет Эльза вторжение в ее вотчину.
Опасения оказались напрасны — встретили его «как родного». Тед подозревал, что не последнюю роль здесь сыграл Робер, который наверняка поделился с Эльзой некоторыми подробностями их пребывания в Париже.
Из предложенного меню Тед выбрал жареную картошку, куриную грудку в меду, корзиночки с салатом и персиковый компот — словом, то, что можно было «вкормить» в Рене, не вынимая ее из ванны. Эльза захлопотала, пообещав, что все будет готово через десять минут, и была явно шокирована, увидев, что он уселся на кухне и собирается сам отнести еду наверх.
Робер появился, словно почуяв его сквозь стенку. Несколько помялся, прежде чем вопросительно протянуть:
— Чего-то она бледненькая...
— Ничего, просто устала. Слишком много для одного дня.
— Пока вы гуляли, звонила графиня де Клери, — каким-то образом, не моргнув и глазом, старик ухитрился выразить свое не слишком высокое мнение о данной персоне. — Я сказал, что вы поздно будете. Она завтра утром снова звонить будет. — Помедлив, добавил: — В спальне телефон отключить можно — тогда все звонки на холл переводятся... и я сам там отвечу.
Ванна сделала свое дело — выглядела Рене порозовевшей и расслабившейся. И от еды больше отказываться не стала, даже посмотрела на нее с каким-то проблеском интереса.
Присев на край ванны, Тед на пробу предложил ей кусочек курятины, после чего процесс пошел как по маслу. Он совал в послушно открывающийся навстречу рот ломтики картошки, давал откусить корзиночку и подносил к губам вино — запить. Это напоминало кормление птенца и выглядело так забавно, что он еле сдерживал смех — да и сама Рене тоже.
В число запланированных далее психотерапевтических мероприятий входило: совместное принятие ванны, расслабляющий массаж (плавно переходящий в эротический) и, в завершение, жаркий секс на широченной и словно специально для этого созданной кровати. Предполагалось, что после этого пациентка заснет и мирно проспит до утра, забыв про все свои страхи.
К сожалению, программа вечера была скомкана на самом интересном месте... Нет, совместное принятие ванны прошло вполне успешно — Рене уютно выгибала спинку и, мурлыкая, как довольный котенок, подставлялась под его руки. Тед даже подумал было переставить мероприятия местами — но мужественно взял себя в руки (сдуру!) и решил действовать по плану.
В результате, увы, расслабляющий массаж оказался слишком эффективным, и пациентка заснула, не дождавшись самого главного...
Несколько раз за ночь Рене вздрагивала, просыпалась и не могла уснуть, прислушиваясь к шелесту листьев за окном, шагам... или это просто тикают часы? Потом вспоминала, что рядом Тед — а значит, все хорошо, и снова забывалась быстрым некрепким сном, уткнувшись лбом ему под мышку и спрятавшись целиком под одеяло.
Лишь под утро, когда рассвело и стало видно все вокруг, она заснула по-настоящему крепко, без снов и страхов, и проснулась от собственного стона, не сразу осознав, что происходит. Лишь через пару секунд поняла — Тед...
Он терся лицом об ее грудь, прихватывая губами и дотрагиваясь языком — заставив тело, еще во сне, содрогнуться в томительном ожидании. Почувствовав, что Рене проснулась, поднял голову и рассмеялся:
— От тебя пахнет, как от клумбы... кажется, я переборщил вчера с маслом!
Весь день Рене чувствовала себя значительно спокойнее, чем вчера — очевидно, «психотерапия» оказалась действенной. Полдня она болталась по дому с дизайнерами, выбирая подходящие занавески и драпировки для каждой из вновь отделываемых комнат.
Какое-то время Тед побродил вместе с ними, потом спустился в библиотеку и пришел в недоумение, не обнаружив там столь любимых Рене детективов в мягкой обложке. В конце концов, найдя томик Гастона Леру, он устроился с ним прямо в библиотеке на диване, где и был обнаружен Робером.
— Мадемуазель Рене в кабинет просит! — возвестил тот.
— Скажи, а где детективы? — спросил Тед, вставая. — Ну, те самые, которые Рене все время читает?
Старик фыркнул — правда, тут же прикрыл рукой рот, сделав вид, что просто чихнул. Подошел к одному из стеллажей и потянул за укрепленную на стойке резную фигурку дракона.
Стеллаж отодвинулся, открыв за собой маленькое помещеньице с двумя стеллажами, уставленными книгами в ярких обложках.
— Мадам не хотела, чтобы кто-нибудь знал, что она такое читает, — объяснил Робер. — А раньше здесь всякие книги, которые... не для детей, ставили — тут можно запереть, если надо. И вон, напротив, еще один такой же есть, — кивнул он на второго дракончика, злобно таращившегося с противоположного конца комнаты.