Только сейчас Тед понял, что по-прежнему держит ее за руку, и, смутившись, отпустил.
— Ты сказала, что тебе нужна помощь.
— Да...
Блондинка, стоявшая сбоку, вмешалась в разговор:
— Так это и есть тот человек, которого ты ждала?
Рене вздрогнула, словно только сейчас сообразив, что в комнате есть кто-то еще, и, обернувшись, отозвалась:
— Да, Бруни, спасибо. Я... я пойду к себе, мне нужно с ним поговорить.
И снова анфилада комнат, лестницы, переходы... Рене шла впереди, часто оглядываясь, словно боясь, что он исчезнет. Потом не выдержала — схватила его за руку и повела за собой, как когда-то.
Наконец они вошли в очередную комнату, и Рене, остановившись, обернулась.
— Я не сразу тебя узнала...
Да, парик с проседью, усики щеточкой и пиджак на два размера больше и впрямь меняют человека... Он напялил этот камуфляж на всякий случай, не зная, что случилось и не крутится ли поблизости Виктор.
Тед кивнул, улыбнулся — в горле почему-то застрял комок. Внезапно она прильнула к нему, уткнулась лбом и сказала шепотом:
— Ты приехал... Я так надеялась — и ты приехал.
— Я же обещал, — ответил он, обхватив ее и прижавшись щекой к мокрым волосам, — я обещал...
Это продолжалось недолго — потом Рене отступила назад.
— Пожалуйста, располагайся, — повела она рукой, показывая на пару кресел, стоявших в углу комнаты. — Я сейчас приду, — схватила халат, висевший на спинке кресла, и скрылась в ванной.
Вернулась она быстро, завернутая в махровый халат и туго подпоясанная, с полотенцем на голове, но все еще босиком и села в кресло напротив него.
— Хочешь чего-нибудь выпить? — протянула руку к телефону.
— Потом. Расскажи мне, что случилось и чем я могу тебе помочь?
Несколько секунд она молчала, потом смущенно улыбнулась.
— Сейчас... я так долго готовилась, чтобы все это сказать — а теперь не знаю, с чего начать. Ты сказал тогда, что ты... специалист по особым поручениям, вроде частного детектива. Это действительно так?
— Да
— Мне нужно... — она запнулась, глубоко вздохнула, закрыла глаза и заговорила увереннее: — Мне нужно спрятаться в каком-то безопасном месте, где Виктор не сможет меня найти. Мне нужно найти и вернуть моих собак. И мне нужен хороший адвокат, который сможет помочь мне с разводом, — немного подумала и добавила: — Я не смогу заплатить тебе сейчас — денег у меня пока нет, нужно сначала продать драгоценности. Документов у меня тоже нет. Вот, пожалуй, и все, — взглянула на него в упор. — Ты сможешь мне помочь? Со всем этим?
Что ж, сказано четко и по существу. Значит, он нужен ей как специалист по особым поручениям — всего и только...
— Да... думаю, что да.
Он физически ощутил охватившее ее чувство облегчения, черты заострившегося лица стали мягче, на губах промелькнула улыбка — неуверенная, болезненная, но все же улыбка.
— С чего ты начнешь?
— С вопросов, — улыбнулся Тед и почувствовал, что Рене снова напряглась. Машинально потянулся за сигаретой — так было бы легче начать разговор — и вспомнил, что они остались в кармане плаща. — Рене, я сделаю все, что смогу, но ты тоже должна мне помочь. Мне придется задавать тебе вопросы, может быть, неприятные. Считай, что ты обратилась к врачу, понимаешь? Я тоже в некотором роде специалист и знаю, что делаю.
— Я понимаю. Просто... — она сжала зубы и выпрямилась, просто некоторые вещи — вспоминать и говорить о них... — ее голос все-таки сорвался.
— Так плохо было? — спросил он, помедлив.
— Да. Сейчас ты скажешь, что предупреждал, да?
— Не скажу.
Ему мешал стол, разделявший их, мешала невозможность дотронуться до нее, взять за руку... Он чувствовал, что Рене близка к слезам — и пусть бы выплакалась, если после этого ей станет легче — но, услышав подобное предложение, она могла обидеться и еще больше замкнуться в попытке сохранить спокойствие. Поэтому Тед решил спросить о другом:
— В этом доме для тебя безопасно?
Она на секунду задумалась.
— Не знаю... В общем-то, да. Мы с Бруни учились вместе в школе. Если Виктор приедет или пришлет кого-то — она не впустит их, не даст меня забрать. Но если полиция...
— Ты думаешь, он мог обратиться в полицию?
— Да. Я в этом почти уверена. И потом, если он меня найдет, я... — она прикусила губу и решительно закончила, — я сама поеду обратно, или куда он скажет.
— Почему?