Шансов у укутанного в огромный тулуп мужчины было немного, тем более тот о фехтовании имел понятие весьма смутное, поэтому размахивал мечом как палкой. Разумеется, долго размахивать Виктор ему не дал, засадив топор прямо в лоб. Но не успел талерманец забрать меч, как почуял угрозу сзади и развернулся. Теперь противников было трое, а вот оружия у него не оказалось. Отскочив назад, он уже мысленно продумал, как доберется до меча и отправит их в Бездну. Вот только никакого сражения толком не получилось.
Внезапно появившийся Карл провел тесаком по горлу разбойника, и едва не отрезал тому голову. Остальные двое, увидев почерневшие глаза и бешеный оскал гвардейца, опасливо глянули на талерманца, и бросились бежать. Один из разбойников буквально через мгновение полетел на землю с тесаком в затылке. Оставшемуся толстяку сбежать также было не суждено. Виктор бросил в него только что подобранный меч, и, попав прямо в голову, свалил с ног. Добить его труда уже не составило.
Расправившись с разбойником, Виктор в который раз осмотрелся. Но противников больше не было. Он только увидел, как трое героев с большой дороги со всех ног убегают в лес. Немудрено, оживший талерманец, и бешеный Темный Мессия, немыслимым образом перерезавший добрую половину их отряда, хороший аргумент для бегства.
Карл тем временем решительно направился к стоящему несколько поодаль обозу, до недавнего времени принадлежащего делегации Ордена Света. Талерманец, подумав про Нерия, последовал за ним, отметив, что его руки и лицо были все в крови.
— Жреца нужно найти, — бросил Виктор, обращаясь к гвардейцу, и при этом опасаясь, как бы у того совсем крыша от хайрана не слетела.
— Конечно, чтобы выпустить ему кишки, — сухо ответил Карл.
Жреца они нашли в повозке. Там он молился в компании послушника, единственного, помимо самого Нерия, оставшегося в живых святоши.
— Не помогут тебе молитвы, — с этими словами заскочивший в повозку гвардеец буквально вышвырнул Жреца, а потом свернул шею послушнику.
— Готовься к встрече с Проклятым, грязная скотина, — с этими словами Виктор пнул Нерия в живот.
— Вы будете гореть в Бездне! — взвыл Жрец.
— Обязательно, но только после тебя, — прорычал Карл, и схватил Нерия за ворот.
— Гнида, мразь! Я тебе покажу священную водичку! Будет тебе свет, выблядок, — практически рычал Карл, обращаясь к Жрецу.
Гвардеец протащил его в сторону привязанных лошадей и швырнул его лицом в свежую кучу навоза.
— Жри дерьмо, мразь святая! — рычал Карл, прижимая затылок стонущего Жреца ногой.
— Кончать его надо, кусок дерьма вряд ли сдохнет из-за дерьма, — не удержался от иронии Виктор, сжимая в руке меч. Его весьма позабавила эта картина. Карл оглянулся, ещё раз посмотрел на уже бездыханное тело, и отступил в сторону.
— Теперь твоя очередь, — произнес он.
Виктор взмахнул мечом, и вымазанная в навозе голова Жреца отлетела в сторону.
Гвардеец посмотрел на талерманца, криво улыбнулся и резко потерял сознание. Виктор ожидал, что так и произойдет. Использование силы ярости позволяет устроить небывалую резню даже будучи при смерти, но это сильно истощает даже в нормальном состоянии, а если человек перед этим едва живой был, тут уж и говорить нечего. Если перестараться, человек может умереть от ран, которые без использования хайран могли быть не смертельными.
Учитывая, что ещё совсем недавно Карла напоили священной водой, в ближайшие сутки тот будет точно полуживой. Виктор про себя выругался, предвкушая предстоящую возню с Темным Мессией, и принялся осматривать усеянные окровавленными телами окрестности. Нужно убедиться, все ли святоши мертвы. В итоге, талерманец насчитал двух послушников и шесть стражей, одного из которых добил лично. Все мертвы, а значит, приказ почти выполнен.
— Дерьмо, — прошипел пришедший в себя Карл, вытирая лицо снегом, и стараясь отползти от места, где только что блевал. Не зря, потому что, попытавшись встать, он в итоге просто свалился в снег.
— Всегда считал, что халифатские фокусы до добра не доводят, — в шутку возмутился Виктор, легонько пнув валяющегося Карла и тут же спросил, — Помочь?
— Пошел ты. Я, между прочим, благодаря этим самым халифатским фокусам, помог тебе, ублюдок, — с этими словами гвардеец попытался подняться, и вновь все окончилось неудачей.
— Слушай, герой хайрана и Темный Мессия в одном лице, я в няньки тебе не нанимался! Или принимаешь мою помощь, или валяйся тут дальше! — поставил ультиматум Виктор.
Карл с трудом перевернулся на спину, и криво оскалился.
— Твою мать, сраная священная вода, — прохрипел он.
— Ну да, священную водичку тебе лучше не пить.
Отправляться в окровавленной одежде было нельзя, на кой им ненужное внимание. В итоге решили снять облачение у стражей, а Виктору пришлось прикрыть лицо. Обшарив карманы убитых, и разжившись средствами, талерманец принялся помогать Карлу дойти до повозки. Тот оказался не способен даже самостоятельно встать.
— Красота! Прямо глаз радует, — с наслаждением вдруг произнес Карл и довольно улыбнулся.
— Ты ещё радуешься чему-то. Где ты красоту увидел? — недоумевал Виктор, осматриваясь.
— Белый снег, на котором разбросаны мертвые святоши и грешники, и все забрызгано кровью. Ещё не прилетели стервятники, и тела не занесло снегом, — с улыбкой рассуждал гвардеец, хотя сам едва держался в сознании.
— Ты сумасшедший придурок! — бросил Виктор.
— Смерть тоже может быть красивой, — заметил Карл.
— Заткнись, ценитель прекрасного. Будешь нести херню, я тебя тут брошу любоваться красотой, — пригрозил талерманец.
— Мне по хер. Ты же все равно меня тут не бросишь, — с этими словами Карл истерически рассмеялся.
Талерманец промолчал. О том, чтобы бросить гвардейца в лесу, Виктор, действительно, даже не думал. Тот ведь кинулся ему на помощь, хотя, возможно, и руководствовался обычной кровожадностью. К тому же, все-таки они вместе приказ выполнили.
Когда Виктор затащил Карла в повозку, и уже собирался погнать лошадей, он под впечатлением от слов гвардейца ещё раз осмотрелся. Сочетание белого снега, лежащих темными пятнами мертвецов, и алых вкраплений крови породили у Виктора двойственное впечатление. Что-то в этом есть, отметил он. Тем более сдохли не особенно достойные представители человеческого рода. Может не такой уж Карл сумасшедший. Кто ещё, кроме убийцы может увидеть красоту в смерти?
Пламя костра возвышалось вверх, по иронии судьбы сжигая служителя Ордена Света. Обычно все случалось в точности наоборот. Виктор с Карлом наблюдали за огнем, пользуясь выпавшей возможностью насладиться теплом. Им предстоит ещё как минимум пару дней в пути, а мороз становился все крепче буквально по часам. Гвардеец уже на второй день окончательно избавился от последствий влияния священной воды, и сейчас пребывал в бодром расположении духа.
Одетые в облачение стражей света, они не вызвали в городе никаких подозрений, спокойно посетили баню, и перекусили в трактире, где гвардеец умудрился уговорить его пойти в бордель. Виктор поначалу отнекивался, но подумав, что Беатрис его все равно послала, а после произошедшего расслабиться не помешало бы, да и забавно будет вот так вот опорочить святош, посетив дом разврата в их облачении, согласился.
Послушника они застали в том же доме, где его и оставили. Тот не просто не успел вылечиться, он даже не приходил в сознание. Оказалось, помимо ушиба головы, у него сломаны ребра, и, похоже, отбиты внутренности. Виктор только удивлялся, как это могла сделать Эрика, и в который раз вспоминая её потемневший взгляд, задумывался насчет хайрана.
— Хорошо горит. Мироздание дарит Свет, — сыронизировал Карл, наслаждаясь идущим от только что устроенного костра жаром.