— Даже если она разделила ложе с другим мужчиной. Мне все равно. Главное, чтобы она была живой, Марина!
— Спасибо, Слав! Все, что я хотела, я услышала.
Она подошла ко мне и поцеловала в щеку. Прижалась, обхватив мою шею руками.
— Спасибо тебе, Слав. — Потом оторвалась. Посмотрела мне в глаза. — Мы с Медеей пойдем с тобой до конца. И не забудь, мы боевые ундины.
— Я это помню.
Еще два дня мы обходили Аквалон по дуге, приближаясь к Конту. За один дневной переход, разведчики донесли, что нам на встречу движется огромный отряд Орды. Мы вышли на исходную.
Впереди нас было огромное поле, окаймленное с разных сторон лесом. Мы знали, что к нам идет войско Орды. Но страха не было. Была злость и ярость. Мы видели, во что превратились деревни и малые городки: в груды развален, в пепел и трупы. Много трупов. Женщин растерзанных, мужчин и детей.
Я видел, как каменело лицо Фредерика. Он переживал в своем сердце каждое убитое селение, когда закапывали мертвых… он сам их закапывал… и плакал всякий раз.
Наш принц поседел окончательно. В его глазах горел огонь. Огонь ненависти, огонь жажды убийства. Его больше ничего не интересовало. Даже Ёрика, отошла на второй план. Он стал одержимым. А ведь ему еще не было и восемнадцати.
Эллия Александра
Шёл уже третий день нашего побега.
Илария окончательно выздоровела, молча перенося свою слабость, так как останавливаться на одном месте было опасно, учитывая возможную погоню, которая о себе ещё не подала знака. Внешне девушка ещё выглядела больной, но отсутствие жара и слабости очень порадовало, так как добираться до Конта ещё предстояло достаточно долго, учитывая нашу пешую компанию.
Продолжая избегать открытых местностей и разрушенных Ордой селений, мы двигались только под тенью деревьев, радуя Златославу, которая среди растений чувствовала себя, как дома.
Засыпать на земле — было тем ещё удовольствием, но бессменно попадая во сне в Эльвестейн, казалось, будто попадаю на небеса, так было хорошо и уютно, что словами не передать то блаженство, которое испытывала в крохотном розовом бутоне. Я была готова благодарить всех богов, которые только могут услышать мои пожелания здоровья тем сумасшедшим, решившим напасть на Аквалон, отчего силы стихий бурлили в моих венах, откликаясь с каждым разом всё быстрее и быстрее на мой призыв.
Утром, проснувшись опять в радостном расположении духа, чувствовала себя прекрасно.
Илария уже поднялась, приступив к разогреванию завтрака, добытого во время вчерашней перебежки по просторному полю, где оказалось довольно много зайцев.
Я была готова приступить к еде, улыбаясь своим воспоминаниям о сне, в котором Святослав обнимал меня, постоянно твердя, что любит, как на полянку вылетела неугомонная Злата, летавшая весь вечер по лесу, чуть ли не обнимаясь с каждым деревцем, каждой травинкой-былинкой. Острота по этому поводу уж была готова вылететь из моего рта, если бы я не заметила испуг Златославы, ярко выделяющийся на её лице.
— Погоня! — Зазвенел голос феи, заставивший растительный мир поляны вздрогнуть.
Подхватившись с мест, бросая все пожитки и запасы, мы быстро метнулись в сторону, куда указывала Злата, понимая по панике малышки, что всё серьёзно, возможно, фатально.
Долго бежать не получилось, даже учитывая рычание за спиной, мотивирующее достаточно неплохо.
— Там волколаки! — причитала феечка писклявым голосом без того понятную истину.
— На дерево! Живо!!! — Приказала я, моментально останавливаясь, понимая, что бежать от такой погони бессмысленно.
Ила дрожащими руками пыталась ухватиться за высокие ветки, безрезультатно прыгая на месте, в то время как Злата уже сидела на самом верху огромного кедра, в ужасе разглядывая неприятеля, выскочившего на край поляны.
Резко развернувшись в сторону трёх волколаков, решила, что доставать небольшой клинок, которым повезло убить вождя диких, совершенно бессмысленно.
«Вот, когда порадуешься способности творить волшебство! И пусть сила моя не созидательная, а разрушительная — это ерунда, а в данном случае совершенно точно достоинство!» — Улыбнувшись своим мыслям, порывом ветра подкинула Иларию к фее на соседнюю ветку, выглядевшую довольно надёжно.
Пока осуществляла манипуляции с закреплением фрейлины, волколаки рассредоточились по поляне, рыча и скалясь. Один из отвратительных до рвоты особей задрал морду вверх и завыл на манер волчьего завывания. Откуда-то послышался ответ. Вся стая обещала быть здесь через пару минут, поэтому, не теряя времени, вытянула из двух рук огненную плеть, прекрасно ложащуюся в ладони, совершенно не обжигая новую хозяйку.
Надо сказать, стихия огня мне нравилась больше других, мгновенно откликаясь на мой зов, стоило только попросить. Почему так, я не знала, да и мне было всё равно, по большому счёту, потому что магию всё равно придётся возвращать, так как её присутствие и постоянное нарастание мощи очень давило, сжимая грудную клетку в тиски. Особенно доставляла неудобство магия тьмы, которую зачастую использовали для пробуждения мертвых. Некроманты и их магия всегда пугала людей, а их постоянные эксперименты с нежитью, одними из которых, как раз, были волколаки, бесшумно и довольно методично загоняющие меня в круг, на что я сама охотно пошла, кинувшись в сторону самого большого.
Битью плетью людей мне никогда не приходилось, но танцевать с лентами безумно любила, посмотрев на одно из таких представлений ещё в замке Гарриет. Если в танец добавить ещё мою ловкость, тренированную годами, да стихию огня — получилось довольно продуктивно…
Когда на поляну выскочило подкрепление, от трёх волколаков осталась лишь горстка пепла, радующая глаз, потому что лучше убить себя, чем оказаться в пасти этих чудовищ, разрывающих человеческую плоть в мгновение ока.
Пятеро оставшихся из стаи были в ярости. Их глаза полыхали алым цветом. Были ли они разумны? Я сомневалась, но тот факт, что вид убитых членов их стаи помог пятёрке волколаков обезуметь окончательно, был несомненным.
Они напали практически все разом. Мне приходилось размахивать быстро горящей плетью, в попытке не подпустить кошмарных тварей. Руки так сильно ныли, что, казалось, сейчас отвалятся, когда плеть стала постепенно затухать, тая прямо в руках.
Убить удалось только одного, хоть остальные имели уже довольно потрёпанный вид, как только огонь окончательно иссяк, покидая резерв стихий.
Я даже не успела ничего придумать, огорчившись от потери огня, как из земли вырвались огромные лианы, подхватившие рычащих тварей, кинувшихся в мою сторону с победным воем, за ноги, подкидывая их вверх.
«Это точно не я…» — ошарашенно смотрела за полётом волколаков, в итоге повисшим вниз головой, как некий трофей.
Злата подлетела ко мне, сев на плечо, злобно сопя.
— Это ты? — Прошептала восторженно я, не спуская глаз с чудовищ.
— Они хотели тебя убить! — Возмутилась малышка, скрестив руки на груди.
— Здорово… но это надолго их не удержит… — тяжело вздохнув, решила попробовать поэкспериментировать с тёмной магией.
Раскинув руки в стороны, закрыла глаза и представила, как Тьма наполняет каждого из волколаков, разрывая на части.
Раздался громкий: «БУМ»!
В стороны полетели ошмётки уже мёртвого зверья, а я едва успела прикрыться плащом от частей тела чудовищ, обещавших сделать мой дух ещё мерзопакоснее.
«Минус два», — досадливо поморщилась я, поняв, что ещё одна стихия потеряна невозвратно.
На поляне воцарилась тишина.
Оказав помощь Иле в спуске, заметила, как она сильно дрожит, а её лоб покрыт испариной от страха, будто это не на мне пришлось отбиваться от животинки, а ей самой.
— Эллия… там целая Орда, — фрейлина показала в сторону равнин Конта пальцем, туда, куда мы направлялись. Я тяжело вздохнула, соображая, что теперь делать, а Ила продолжила: — а там, довольно близко, от нас, — махнула она в направлении замка Аквалон, которого было уже давно не видно, — огромный отряд. У них ещё целая стая волколаков…
— Гвоздь мне в зад! — Вышла из себя, топнув ногой. — Нам не выстоять одним… ладно… ладно… — быстро придумывая выход, нервно топталась на месте, — … есть ещё тётя Лолерея, она живёт очень близко от Конта. Да! Она нас спрячет…