Сашель
Вернувшись домой, в родной город Вестер, застала подготовку города к предстоящему празднику, посвященного дню освобождения. Горожане суетились, украшали дома, участки, а самые активные выставляли скульптуры, посвященные освободителям. Та же участь постигла и трактир, в котором я живу с прилагающимися квартирами и его жителями. Борин, полутролль, наводил красоту в своем заведении и требовал от своих постояльцев и жителей того же. Теперь зал выглядел по-другому.
Праздничные гирлянды, плакаты, нарисованные постоянными жителями, вывески, на столах красовались маленькие фигурки героев войны, даже названия блюд в меню соответствовало празднику. Если когда-то у блюд вроде жареной в соусе курицы с картошкой названия не было, то теперь это называлось так: «Орк под острым соусом с гарниром», и таких было много. Так что обстановка говорила сама за себя.
Не обращая внимания на разговорчивого не в меру трактирщика, пошла к себе, попросив ранний завтрак на двоих, так как начинало светать, а мальчишке необходим сон. Мальчик в скором времени должен будет отправиться в клан и присоединиться к одному из отрядов. Если будут наклонности к какому-нибудь виду магии, то назначу учителя. А пока приведу его психологическое состояние в норму, а то после свинского обращения его мастера и нависшей угрозы смерти, мальчишка казался совсем потерянным.
Заходя в родную квартиру, запирая дверь на замок, не ожидала здесь увидеть того, о ком и думать забыла. На моей кровати, потеряв всякое самосохранение, лежал Гост, прижимая мою подушку и тихо посапывая. Первым желанием у меня было его прибить. Но как только меня за рукав куртки подергал парень и спросил, желание немного поутихло:
— А кто это, госпожа? — Я немного остыла. Но вот желание скинуть его с кровати через окно второго этажа никуда не делось.
— Смертник! — Рыкнула я, от чего мальчик еле вздрогнул, но, поняв, что ему ничего не угрожает, тут же успокоился. А вот страж даже не дернулся, как ни в чем не бывало, продолжал дрыхнуть. — Зараза! — И кинула в него сгусток сжатого воздуха. От чего тот слетел с кровати и ударившись головой и стену, тут же пришел в себя. От того, что я сделала, меня обуяла гордость, но вот победная улыбка так и не украсила мои губы, а вот злющий взгляд не обещающий прощения, пусть мне и было весело, был адресован как раз стражу.
— Аши, ты сума сошла?
— Это я сума сошла? — Воскликнула я, — это ты на моей кровати спал, а не я на твоей. Кроме того, хватило наглости мою подушку тискать, как котенка, так что ты сам нарвался, — и скрестив руки на груди, приняв позу правого, ждала от него извинений. Тот немного осмотрелся, увидел смятую кровать и подушку, которую он обнимал во сне, поняв что сделал, принес свои извинения:
— Я не хотел, три ночи не спал, в городе серия смертей, а тут решил к тебе заскочить, думал, что ты вернулась. Но не заметил, как уснул, прости, — его извинения меня уже не интересовали, а вот что касается убийцы, наводило на мысль, что простыми словами о нем он, а точнее я не отделаюсь. Придется браться за это дело и расспрашивать очередную жертву. А пока он, увидев мальчика, поинтересовался:
— Это кто?
— Скажем так, временный ученик, — Гост смотрел с недоумением, поэтому пояснила: — То письмо я получила от одного давнишнего знакомого синда, он просил о помощи. Но как оказалось, помощь потребовалась ему самому. Этот малец укусил Меффрила, но не по собственной инициативе, а потому что мастер у него засранец и в скором времени труп, проверить решил, отправил на задание, полученное от какого-то там заговорщика, жаждущего места и власти. Но синда я вылечила, пусть и лишилась на некоторое время сил, а вот мальчишку забрала к себе, дабы больше никто его руками не попытался что-нибудь новое вытворить.
— Аши, а ты ничего не забыла? — Шепотом с небольшим укором, спросил страж, я же только что вспомнила, что мальчика я кроме как парень или малец, больше никак не называла. Стало немного стыдно, поэтому я спросила:
— Как твое имя?
— Терсел, — чуть скованно ответил он.
— Красиво. Если я ничего не путаю таким именем называют детей рожденных в летнее солнцестояние, — он кивнул в знак согласия, — а я Сашель, — но тут посмотрела на Госта и поняла, — так, тебе пора спать, — а к стражу обратилась: — Гост, нужна твоя помощь. Намоешь его, уложишь на кресло, оно раскладывается, подушку в шкафу достанешь, одеяло там же, а я на рынок, — и посмотрев на смущавшегося мальчика сказала: — не так же ты будешь ходить? — А висели на нем старые вещи, которые мне отдал конюх синда.
— Ужин, — постучал в дверь трактирщик, — Аши, — открывая дверь — с тебя украшение к празднику, — с напором потребовал он.