― Я знал, что ты будешь волноваться…
А когда отодвигался, то чуть заметно поцеловал меня в щеку. Я снова не поняла, что это было. Он меня так проверял, что ли? Негодяй! Размахнулась и все же залепила ему оплеуху. Он схватился за щеку:
― В привычном состоянии я совершенно несобранный.
― Ну, ты и нахал!
― Ребят, а вы о чем вообще? — Патриция смотрела на нас и ела яблоко. ― Эти ваши чукотские закидоны… Слушаю и диву даюсь. Дим, ты ж вроде как не из бродячих…
― Из бродячих исключительно Мия, — засверкал белозубой улыбкой и разозлил этим еще больше.
― Ну, все пора! Ребят время ехать. Мийка, плюшку… Ну, то есть, булочку будешь?
― Буду!
Протянула плюшку и я надкусила: какая же она вкусная!
― Все ребятки бежим! Фабио терпеть не может, когда опаздывают. Пиппо, остаешься здесь. Если увижу, погрызенную мебель или, не дай бог, мои любимые «prada», я тебя в приют отдам, а Маркуше скажу, что ты сам сбежал.
Она начала надевать белые туфли, и взглянула на мои ноги:
― А ты чего без обуви?
― Я ее забыла на яхте, а другой нет.
― Хочешь дам тебе свои кроссовки?
― Да! — как же я давно не слышала о них… остались там в отеле.
― Держи, — вытащила из-под кресла ярко-голубые красавки и подвинула ко мне. ― Не под общий стиль, конечно, но ты уж извини.
― Ничего, — я засунула ногу и в приятном удивлении поняла, что они мне по размеру.
― Подходят!
Она предупредительно топнула рядом с мордочкой песика, тот вновь заскулил. Потом схватила малюсенькую хранилку, связку ключей и бегло вышла за дверь. Дмитрий пошел следом и даже на меня не оглянулся. Ну и пусть идет подальше! Только не так далеко, как сегодня… Я погладила Пиппо, он вновь лизнул меня в руку.
― Спасибо малыш! А хочешь этой чудесной плюшки? — он встал на задние лапки, а передними будто пытался что-то ухватить. ― Какой ты милый! Держи. — я протянула кусочек сдобы и он ее съел. Потом отдала все, что было. Он с удовольствием съел и это.
― Миа, поторопись! — просунул голову в дверной проем. ― Или ты решила съесть весь запас булочек?
― Ничего я такого не решала, — а, что есть еще булочки? Я окинула взглядом кухню, но булочек не увидела. Мой взгляд упал на надкусанный хлеб с паштетом. Получается, Патриция не стала его доедать после моих слов. Возможно, у этого мира есть все шансы быть добрее. Я, махая рукой Пиппо, с улыбкой на лице, вполоборота начала выходить за дверь и спиной уперлась в знакомое тело.
― Ну, что ты улыбаешься? Рада меня видеть? — Дмитрий провел рукой по моей шее и я невольно издала стон. ― Я бы все отдал за ночь с тобой.
Убрал мои волосы и поцеловал в шею. Затем легонько прикусил зубами мочку уха и я засмеялась:
― Тебе сказать, как и Пиппо, чтобы не грыз людей?
― С тобой невозможно заниматься серьезными делами Альманзи.
Когда услышала свою фамилию, сердце забилось быстрее, но не от страха, а от волнения, которое я испытываю рядом с этим мужчиной. Он развернул меня к себе:
― Или все-таки можно?
Прикоснулся губами к моим, и мы слились в головокружительном поцелуе. Я не знаю, сколько времени мы целовались, но это было потрясающе! Первой отстранилась я, показалось, что не хватит воздуха, если продолжим.
― Каждый раз заставляешь меня вернуться.
― Что? О чем ты говоришь?
― Это неважно. Просто будь со мной, пожалуйста! Ты мне очень нужна.
― И ты мне. Когда сегодня ты изображал своего брата, я испытала настоящий ужас.
― Больше не буду тебя пугать. Просто мне невыносима мысль, что ты готова отказаться от наших чувств.
― Наших? Ты испытываешь ко мне то же, что и я?
― Порой мне кажется, что намного больше.
― Тогда почему был весь этот фарс? Или ты испытываешь ко мне чувства совсем недавно?
― Очень давно.
Он вновь прильнул к моим губам. Сердце, все тело наполнилось теплом и такими же пузырьками, как в том шампанском: вверх, вверх, вверх — от пяток до макушки.
― Подожди, — я попыталась отстраниться, хотя он крепко прижимал меня. ― Где, Патриция? Она видит?
― Какая разница? Она уже уехала.
― Но она собиралась познакомить меня с каким-то человеком.
― Я против.
― Почему?
Взял мое лицо в ладони и посмотрел в глаза:
― Я против любых мужчин в твоей жизни.
― Ты ревнуешь меня?
― Да!
― Почему все так сложно? Почему есть Лорд, и твой брат? И мы не можем быть только вдвоем?
― Очень надеюсь, что в этот раз у нас все получится.
― А разве, было иначе?