― Почему пижамной?
― Потому что ночная и в пижамах. Но в школе я была задирой и дружила только для того, чтобы отжимать домашки у отличниц. Вот как-то так…
― Когда мы устроим такую вечеринку?
― Давай послезавтра перед выходным?! Закажем себе блюд из нашего рестика и будем всю ночь гулять.
― Согласна! Хочу пижамную вечеринку!
― Вот и славно. Пошли спать?
― Расскажи мне, как вы с Дмитрием познакомились.
― Тебе интересно?
― Очень.
― Димка появился в сложный период и за это я всю жизнь буду ему благодарна. Он как-то прознал про дочку. Отношения с Эдом у них натянутые были, но почему-то про девочку он ему рассказал. И вот, представь, вместо того, чтобы молодому парню заниматься своими делами — он приехал ко мне и привез весточку об Эве. Я назвала дочку Эвелина, что значит «жизненная сила», хотела, благодаря ей, эмоционально успокоится, стать стабильной, что ли. Я ж всегда за счет других баб и мужиков выезжала. А тут сама захотела. Хотя, как сама? Видишь, за счет дочки пыталась. Привез мне видео с ней из больнице, где она была под охраной Эда. Я так и не поняла почему Димка приехал. Сказал, что жалко стало, хотя он и не знал меня тогда. Но начал мне тайно весточки передавать.
― А что со спиной? Ее вылечили?
― Димка сказал, что заболевание не лечится, но ей сейчас намного лучше. Хотя она должна быть всегда под наблюдением врачей.
― А, куда он ее увез? Где та самая больница?
― Я думаю за сотни километров отсюда. А, может, вообще заграницей. Эд не хотел, чтобы я и близко к ней подходила.
― А почему он сказал, что твое присутствие пагубно для дочки?
― Посчитал, что если бы я не вела такой разгульный образ жизни, то дочка была бы здоровой. Боится, что я научу ее плохому… Кретин! Ну, что пойдем спать?
― Да.
― Мийка, ты даже не представляешь, насколько для меня было важно открыться тебе и вот так по душам поговорить. От всего сердца тебя благодарю. От своего разгульного сердца.
― Твое сердце прекрасно! Не навешивай на себя чепухи от Чепухня, — я заулыбалась.
― Чепухня?
― Там, откуда я родом, действительно, есть Чепухонь. Он говорит очень странные вещи, его только Зеокс может слушать. Хотя сам по себе он очень милый смешной дракон.
― Знаешь, а вы с Димкой похожи. Он тоже иногда что-нибудь сказанет такое, вот стоишь и думаешь: он серьезно или прикалывается.
Мне было неимоверно приятно это услышать. Ведь если мы похожи, возможно, ему захочется быть со мной.
― Мийка, не грусти! Слушай, а давай завтра ты мне расскажешь, как с Димой познакомилась, и с чего тебя Эдуард своей женой решил сделать.
― Тебе неприятно об этом думать?
― Нет, у меня к Эду чувств нет уже, но мне интересно, что у вас произошло.
― Конечно.
Я понятия не имею, о чем буду ей рассказывать. Лгать и придумывать, чтобы история была осмысленной или сказать правду? Мы начали подниматься по лестнице и услышали лай:
― Пиппо! Я ужасная хозяйка, Мийка. Забыла псу корм купить. Хорошо, что собаки не умеют говорить, а то бы Маркуша такое обо мне узнал…
Навстречу выбежал Пиппо и начал кружить возле нас и вилять хвостом. Я взяла его на руки, тот радостно залаял и лизнул меня в нос:
― Утром он ел булочку, может, и сейчас будет?
― Тебя даже собаки любят. А у меня и булочек-то нет. Знаешь, я домой не особо стремлюсь, никто же не ждет, правильно. Вот и еды не много: на утро, да и так на быстрый перекус. Мийка, сон отменяется, поехали псу корм покупать.
― Поехали! Давай, Пиппо с собой возьмем, а то он уже засиделся тут.
― Принесу поводок.
Как только мы вышли на улицу Пиппо, несмотря на свои маленькие размеры, буквально потащил нас в противоположную сторону от машины. Хорошо улицы здесь освещаются не только лунным светом, как у нас, потому что было достаточно темно.
― Куда нас тащит этот маленький негодник? Магазины в другой стороне.
― Понятия не имею. Но знаешь, что мне мама всегда говорила?
― Что?
― Следуй за сердцем — оно подскажет истинный путь. Последуем за сердцем Пиппо.
― Мийка, ты удивительная!
Пиппо вел нас, быстро перебирая лапками — практически бежал, обнюхивая попадающиеся на пути кусты и столбы. Мы спускались вниз по улице. Песик подошел к какому-то дому и демонстративно сел. Было видно, что он сел не потому что устал, а потому что пришел к нужному месту. Мы с Патрицией переглянулись:
― И куда теперь?
― Пиппо?! Куда нам идти?
Вместо какого-либо ответа песик улегся посреди дороги. Я попробовала заглянуть за забор. Единственное, что смогла разглядеть — это большой дом, раза в три больше, чем у Пати.