― Выросты на самом позвонке и мышцы — он словно птица или… дракон, — закатила глаза и нервно засмеялась. ― Понимаю, что такое практически невозможно, но оно есть. Даже если это просто аномалия тела, а не иной вид человека. Да, да, мы и о таком думаем тоже. Он просто находка!
Конечно же, Калистен ведь наполовину дракон!
― Как интересно.
― Очень! А вы разве не замечали в постели?
― А мы не успели с ним этим заняться. Я и подумать не могла про такое! — главное не переиграть с удивлением.
― Вот теперь вы понимаете, что он сможет стать научным прорывом.
― Конечно, конечно. Теперь понимаю.
― А у вас такого нет? — сказала она еле слышно.
― У меня нет, — надеюсь, что нет.
― А давайте посмотрим?!
― Мне снять блузку?
― Нет, ну что вы. Пока делали рентген ноги, я сделала рентген всего вашего тела. Но не успела еще разобраться.
Вот же ж гадина какая! Но я иду до конца:
― Давайте!
― Сейчас включу компьютер, и посмотрим снимки. А вы из какой-то одной местности? Может это местная аномалия какая-нибудь, но до сих пор наука ни с чем подобным не встречалась. Итак, что у нас тут?
Я увидела, как на только что цветном экране появились черно-белые картинки:
― И?..
― К сожалению, ничего подобного у вас нет…, — сникла, будто ей подсунули кислый фрукт вместо сладкого. ― Ну что ж… Вся надежда на вашего супруга.
То есть, она сожалеет, что я не стану опытом и открытием для человечества и меня не порежут на кусочки? Возмутительно!
― И когда вы собираетесь моего супруга придать опыту?
― Нам нужна ваша подпись всего лишь, мы сразу его отключим и приступим. Вы даже не представляете, что значит проработать двадцать лет средненьким врачом, а сейчас стоять на пороге феноменального открытия, которое принесет славу и узнаваемость.
Ее глаза начали гореть одержимостью. Она напомнила мне Эдуарда в своем безудержном рвении к господству. В Рэдинии все считали Лорда одержимым властью, это они этих двух чудовищ не видели. Хотя в этом мире, похоже, и еще есть.
― Вы сможете сейчас подписать документы? Такое счастье, что у вас растяжение и вы снова к нам попали, даже не представляете. Ну, то есть, не то чтобы ваша травма — это счастье, но… В общем, вы меня поняли, да?
― Можете не сомневаться, я вас поняла. Но бумаги пока не могу подписать.
― Почему? Всего одна закорючка и все. Не был бы он женат, мы бы сами это сделали. Других же родственников у него нет, да и вы это подтвердили. Но без подписи супруги не можем.
― Мне нужно попрощаться с ним. А то будет неправильно.
― Я вас понимаю, понимаю. Пойдете сейчас прощаться?
― У него же сутки есть?
― Да, да, один-два дня у него есть.
― Прекрасно! Отвезете меня к подруге? Ей бы тоже попрощаться с ним. Они вроде как неплохо ладили.
― Конечно, конечно, Мия, все два дня в вашем распоряжении. Сейчас вас отвезу.
― А можно мне бумажку, которую я должна подписать?
― Не-е-ет. Понимаете, если она попадет властям раньше времени, то нас могут неправильно истолковать. Ну, вы же меня понимаете, да?
― Понимаю!
― Вот и прекрасно, — в этот момент кто-то позвонил ей по телефону. ― Да, да я как раз с ней общаюсь. Хорошо. ― Мия, вас в холле ждут полицейские: по поводу аварии супруга хотят побеседовать.
― Ладно. Поможете мне?
― Конечно.
Меня уже выкатывали из дверей, как она остановила кресло и присела напротив меня, поправляя воротник на подранном пиджаке:
― Вы же не расскажите о нашем разговоре?
― Это будет нашей тайной, — и я сделала такой же жест, как тогда Дмитрий в номере: взяла ключик из воздуха закрыла на него рот и выбросила куда-то вдаль.
― Прекрасно!
Она отвезла меня в холл, где двое полицейских разговаривали с Пати. Я забеспокоилась, не увидев у нее в руках дракона, но он стоял на полу, часто перебирая лапками, словно ему что-то мешает устоять на одном месте. Конечно же, он был все еще в обличие Пиппо.
― Синьоры, вот наша пациентка. А мне пора. — она быстро зашагала в обратном направлении.
Надеюсь, она сдержит свое слово и у Лорда, действительно, есть два дня или хотя бы один. Нужно срочно, что-то предпринимать…
― Мийка, они мне тут допрос устроили: откуда ты родом, где вы с Лордом познакомились, почему живешь у меня и что делала вчера ночью.
― Синьорита Патриция, — один из полицейских посмотрел на нее очень недоброжелательно, а на меня подозрительно.
― Ах, точно, еще спрашивали про твои документы.
― Синьорита Патриция, — тон стал еще более серьезным, ― эти вопросы мы хотели бы задать лично Синьоре Мии.