Выбрать главу

— Что это там, а? — спросил Брандел почти безразлично.

— Не знаю. Похоже, стихи какие-то. Старинные! Вон какой хрупкий пергамент и буквы такие, как в древних рукописях!

— Почитай-ка их нам.

— Погоди, Марк. Может, Феррагамо еще не ушел, — сказала Кория. — Эрик уже пошел за ним.

Она была чем-то явно обеспокоена.

Марк улыбнулся и ответил ей:

— Все хорошо, Кория. Все в порядке. Это ведь вовсе не книга, а всего лишь какие-то стихи.

— Ладно, давай читай их, — попросил Брандел и сел за стол.

Марк прокашлялся и стал читать:

«От моря — опасность,От моря — спасенье…»

— Ничего не понимаю, о чем это. Какие-то странные стихи! — промолвил озадаченный, хотя и безразличный ко всему подобному, Брандел.

Но Марк, не обращая внимания на его замечание, продолжал читать:

«Из отдельных частей — единое,В едином — сила…»

— На что это похоже? Это вовсе не стихи, а не знаю что! — не успокаивался Брандел.

— Ты прав. А вот дальше написано очень длинными строчками и везде употребляется будущее время, — заметил Марк.

— Ну вот, начинается, нашел время говорить о грамматике, — пробормотал недовольный Брандел.

— Кажется, это какое-то пророчество! — взволнованно продолжал говорить Марк, не слушая реплик Брандела, и стал читать стихи дальше:

«Наследник Аркона, ты назван был первым,Но станешь последним. Не мешкай,Уснешь ты потом. Клинок же АрконаВбирать будет силу отовсюду вокруг!Настанет все это, когда завершитсяСкитаний исполненный круг…»

— И здесь, можно сказать, нет никакой рифмы, — продолжал критиковать прочитанное Брандел. — А потом что значит слово «Аркон»?»

— Ты все забыл, что мы проходили по истории в школе, — ответил ему Марк. — Аркон — это первый король на острове Арк. Он как раз и назвал своим именем наше королевство. Аркон — это прародитель нашей королевской династии!

— Хорошо, хорошо, зубрила! Все равно мне ничего не понятно, белиберда это какая-то. Ну вот, например, следующие строчки:

«Когда раздастся голос мести,В смятенье содрогнется все…»

И дальше тоже не совсем понятно. Правда, в этом месте пергамент немного порвался, но все же кое-как можно разобрать:

«…И отблеск света на клинке стальномСверкнет на царском скипетре Аркона…»

Здесь текст сильно потертый, так что, быть может, вместо «на царском скипетре Аркона», следует читать «на царском скипетре у Аркона, то есть с буквой „у“, потому что непонятно, то ли она стерлась, то ли ее здесь вовсе не было. И, наконец, последние строчки:

«Те двое, что уже сейчас едины,Потребуют в суде свои права,И кто царить захочет, один сражаться будет.Когда ж иссякнут силы, пробьет кончины час,Решится их судьба, и приговор свой нормыИм возвестят, и прекратится битва».

А, ну их! Я проживу и без этого пророчества, — закончил свою критику Брандел. — Читать его — это попусту тратить время!

В тот момент, когда Брандел произносил последние слова, дверь в комнату раскрылась настежь, и в нее ворвался Эрик:

— Я нашел его, — произнес он, тяжело дыша. — Сейчас он будет здесь. — Взглянув на Марка, Эрик добавил: — Тебе уже лучше? Все-таки у тебя вид какой-то странный.

Не успел Марк ответить брату и снова погрузиться в чтение книги, как в гостиную, где они все находились, вошел Феррагамо, в сопровождении Пушка и Фонтейны.

— Что здесь происходит? — спросил чародей, оглядывая всех и комнату.

— Марку приснились кошмары, но сейчас он себя чувствует достаточно хорошо, — кратко ответила Кория, но выражение на ее лице было намного красноречивее.

— Ничего, все уже прошло, — добавил Марк. — Я вот здесь нашел древнее пророчество. О чем оно, Феррагамо? И на сколько дней вы мне дали книгу?

Чародей, чувствуя, как у него засосало под ложечкой, догадался, в чем было дело, подошел к мальчику и взял у него пожелтевший лист пергамента. Затем бегло взглянул на текст и нахмурился.

— Вы можете расшифровать это? — спросил Марк, заглядывая через плечо Феррагамо в текст предсказания. — Мне кажется, там говорится про нас.

Говоря это, Марк вдруг вспомнил, что в стихах написано «наследник Аркона», поэтому вслух добавил:

— Или, по крайней мере, про Эрика.

— Нонсенс, бессмыслица! — резко оборвал его Феррагамо. — Я абсолютно убежден, что ничего подобного. Это всего лишь древние каракули.

Он перевернул листок пергамента и воскликнул:

— Ну вот! Это как раз то, что я и думал. Здесь на обратной стороне совсем уж очевидные каракули. — Глаза чародея сузились, пытаясь внимательно рассмотреть текст.

Когда Эрик услыхал, что называют его имя, у него снова проснулся интерес к происходящему вокруг.

— Дайте-ка и я взгляну на листок, — сказал он. — Если там действительно обо мне говорится, то я тоже хочу знать, что написано на пергаменте.

Феррагамо сделал вид, что не слышал просьбы Эрика, и как бы стараясь отвлечь его внимание на что-нибудь другое, сказал:

— Прекрасно! Наконец-то! Это уже кое-что интереснее. Здесь рецепт и советы, как выслушать больного и поставить ему диагноз.

Брандел, слушая все это, тоже навострил уши и сказал:

— Да, конечно, это сейчас намного важнее, чем разбирать какие-то каракули на другой стороне листка.

— А все же, как нам быть с самим предсказанием? — попытался настоять на своем Марк.

— Вот именно, — поддержал его Эрик. — Дайте-ка мне взглянуть на это пророчество.

Феррагамо передал пергамент Кории, и она занялась чтением рецепта. Пока Кория читала рецепт, Эрик, изогнувшись самым невероятным образом, пытался прочитать текст пророчества на другой стороне листка, который она держала в руках.

Фонтейна смотрела на всех свысока и недоверчиво.

Наконец, Эрик сумел прочитать текст и, радуясь этой своей очередной победе, громко процитировал:

«Наследник Аркона, ты назван был первым,Но станешь последним. Не мешкай…»

— Это про меня! — воскликнул от торжествующе.

Феррагамо тихо простонал, услышав слова Эрика.

3

Послеобеденное время было посвящено обсуждению находки Марка. Феррагамо был вынужден признать, что найденная рукопись действительно похожа на пророчество, но в нем нет никакого указания или намека на то, кто был автором и когда все это было составлено, в связи с чем он советовал бы не относиться к тексту слишком серьезно. Однако, Марк и Эрик были решительно настроены истолковывать найденное предсказание, так что чародею пришлось ограничиться только тем, что он предостерег их от поспешных и необоснованных выводов и спекулятивных игр по данному поводу. Фонтейна и Кория были заняты другими делами и не присутствовали при этом разговоре, а Брандел решил для себя, что разговоры о пророчестве — это пустая трата времени, поэтому он, хотя и находился в гостиной, где спорили оппоненты, никаких существенных аргументов не выдвигал, а лишь иногда высказывал свои саркастические реплики.

— Хорошо! Хорошо! Если уж вы так настаиваете на этих глупостях, то давайте еще раз внимательно прочитаем стихи, — предложил Феррагамо. — Но тогда давайте договоримся не делать каких-либо окончательных умозаключений. Мы же ведь даже не знаем конкретно, о чем хотел сказать этот анонимный, нам не известный автор. Вполне возможно, речь идет о том, что уже когда-то, в свое время, произошло в действительности или, напротив, о том, что, может быть, должно случиться через несколько веков в будущем.

— Но, в таком случае, почему именно сейчас к нам попало это пророчество? — возразил чародею Марк. — Судя по всему, текст этого пророчества составлен несколько веков тому назад. Может быть, это вовсе не случайно, что я нашел листок пергамента с древним пророчеством, и, возможно, именно я должен был найти его. Кому и зачем это было нужно?