В ее взгляде снова возникло какое-то подобие улыбки. Но всего на миг.
— Стоило бы дать вам штрафной балл, но с учетом того, что вы помогали своим одноклассникам — я не буду этого делать, — ответила она.
Потом чуть помолчала и добавила. Уже совершенно серьезно:
— Я сделаю все, что в моих силах.
И после быстрым шагом двинула внутрь Аркума.
Неизвестный сектор открытого космоса
Школа Аркум
Кабинет директора
Около часа спустя
Директор Аркума сидел за своим столом на небольшом возвышении. На столешнице в одном только ему известном порядке были расставлены несколько предметов. То ли причудливых приборов, то ли просто каких-то странных памятных сувениров. Вещицы эти жили какой-то своей собственной жизнью: пощелкивали, помигивали, даже испускали пар.
Сам директор, впрочем, почти не обращал на это внимания. В задумчивости он потирал краешек старинных карманных часов. Время от времени, откидывал крышку, что-то проверяя, а после закрывал и снова принимался тереть золотистый корпус.
Выглядел он при этом предельно спокойным. Едва ли не умиротворенным. Чего нельзя было сказать об остальных присутствующих в кабинете.
— Я требую, чтобы меня впредь посвящали в подобные планы!
Расхаживающий по кабинету пожилой преподаватель был крайне раздражен. Его голос дребезжал, разносясь по помещению. Каблуки черных старомодных туфель сверкали подошвами каждый раз, когда он в очередной раз резко менял направление.
— Особенно, когда они касаются смерти учеников! — продолжал он. — Как вы хотели, чтобы я на все это реагировал⁈ Я считаю, это вопиющая некомпетентность! Если бы я знал, что встречусь с подобным, и не подумал бы давать согласие на преподавание! Более того, я уже сейчас подумываю о том, чтобы подать в отставку!
С последним словами пожилой мужчина принял максимально вызывающий вид. Явно давая понять, что готов к тому, чтобы его начали отговаривать. Ну а после уж он будет думать.
— Отказываться поздно, Марон Наумович, — раздался спустя несколько секунд космически-спокойный голос директора. — Вы подписали контракт с Аркумом. После этого ни преподаватель, ни ученик, не могут намеренно отказаться от обучения. И вы сами это знаете.
— О! Это очень удобно! — воскликнул «Марон Наумович». — Значит, вы будете выделывать подобные кренделя, а мы будем вынуждены молчать⁈
— Вы, кажется, не молчите.
— И впредь не собираюсь!
С сердитым видом, Марон Наумович отодвинул себе стул и сел за стол в нижней части кабинета. Той, что предназначалась для посетителей. Сел с таким выражением, будто он больше и слова не скажет, как бы его не уговаривали.
Хватило этого, впрочем, совсем ненадолго.
— Интересно, меня одного удивляет произошедшее? — выпалил он. — Коллеги?
Он обвел взглядом кабинет, явно призывая к участию двух других преподавателей, присутствующих на встрече.
Марк Коммод стоял у стены кабинета, недалеко от выхода. Его лицо по эмоциональности напоминало камень.
Чуть в глубине, рядом с книжным шкафом на небольшом удобном кресле располагалась Роуз Гринграсс. Преподавательница Классической Магии. Она едва заметно хмурилась.
И именно она и вступила следующей.
— Одно меня и правда удивило, — произнесла она. — Красочный попал внутрь замка. Я проверила ценность охранных чар и уверена, что периметр не был нарушен.
— Значит, этот Красочный был внутри с самого начала! — всплеснул руками Марон Наумович. — И это, на мой взгляд, возмутительно!
— С самого начала? — повторила задумчиво Гринграсс.
А после глянула вопросительно на директора.
— Очевидно, нам придется провести тщательное расследование, — проговорил тот в ответ. — Тот, кто пустил Красночного внутрь — не друг Аркуму.
— То есть, по-вашему, это другое, да? — ехидно отозвался Марон Наумвич. — Пока волки бегают во дворе, ничего страшного? И только один переступил за порог — ай-яй-яй⁈ Смешно, коллеги, если так!
— Также напомню, что программу обучения тоже составляю я, — проговорил директор медленно. — И вы, преподаватель Злобин, также будете ее придерживаться.
— А поучать меня не надо! — отозвался учитель Стихии. — Вы может меня и старше, уважаемый директор, а я тоже не вчера родился! У меня своя методика!
— Надеюсь, она не предполагает притеснения отдельных учеников по каким-либо причинам? — уточнил директор, будто вдруг вспомнив про что-то.
— Что⁈ — тут же возмутился Злобин. — Разумеется, нет! Вы сами мне поставили задачу добиться от учеников максимума! И уж, будьте добры, не мешайте!