Все это — тест.
Тренировка.
Способ закалить, открыть скрытые резервы и все такое. Но ведь необязательно ради этого должен был кто-то умирать.
Я попытался снова вспомнить те ощущения. Когда я прошел сквозь Майора (К4), будто того не существовало вовсе.
Тихий Шаг в сочетании со Способностью Навигатора.
Дело, кажется, было в том, что когда ты идешь по своему Пути… Когда тебя ведет Воля… Тогда расстояния и препятствия перестают иметь значение.
Я чувствовал, что должен попасть к Злобину.
И, в конце концов, я смог увидеть этот Путь.
Самым тяжелым оказался первый Шаг. Все-таки денек выдался непростой, а я был прилично измотан. Но Воля вела меня, а я видел Путь.
Второй Шаг смазал реальность, а третий сделал ее идеально прямой.
Четвертый Шаг вызвал…
…БАБАХ!
— … что⁈
С грохотом я влетел в какую-то парту. Почти тут же вскочил…
…и увидел перед собой бесконечно удивленное лицо преподавателя Стихии.
— Марон Наумович, — улыбнулся я, мгновенно выхватывая свою карточку. — Я на тест.
— Что? — глупо повторил он.
Потом перевел взгляд на карточку, а с нее на дверь… на то место, где она должна была быть. Это меня, кстати, тоже удивило. Снаружи-то она была, а вот внутри на ее месте оказалась сплошная стена. Кажется, преподаватель Стихии прям кардинально подходил к вопросам уединения.
— Как вы про… хм.
Несколько мгновений он недоуменно смотрел на меня, потом бросил взгляд в сторону окон. Я повернулся туда же, и едва удержал смешок.
Окно. То самое, которое я разбил.
По какой-то причине Злобин не сумел его сразу восстановить. Сейчас оно было заделано какой-то светящейся субстанцией, которая прям совсем-совсем не выглядела надежной.
— Штрафной балл вам, кстати, — заметил он.
Хм. Одним больше, одним меньше. Уже не так принципиально.
— Но в то же время, — добавил он. — Вам-таки удалось меня удивить. Заслуженный ноль Звездный.
— Благодарю, господин преподаватель.
Я забрал карточку, и теперь она стала выглядеть так.
9. Михаил Звездный
— Стихия: 0 (-1)
— Псионика: 7 (-1)
— Кибернетика: 2
— Классическая магия: 5
— Мистика: 10
— Физподготовка: 9
— Философия: 10 (-10)
— Да, прям интересный урожай вы собрали, — заметил он, явно имея в виду мои отметки. — Может быть еще какие-то просьбы?
Хм.
По правде, я долго думал, как буду его уговаривать. Продумал даже несколько разных стратегий, но что, если просто сказать?
— Эрика Бишоп, — сказал я. — И остальные.
Пару секунд он молчал. Потом сказал:
— Кто-то один.
— Тогда Эрика.
— Я посмотрю, что можно сделать.
— Благодарю.
— Тогда вы свободны, — сказал он. — И, через дверь, пожалуйста.
Последняя, кстати, уже вернулась на место. Чему я был только рад.
О том, что Злобин не обманул, я узнал, едва вернувшись в Большой Зал. Новость принесли Ханна с Лукасом, которые вернулись из больничных покоев, где их за это время успели поставить на ноги.
— Это граф Злобин! — воскликнула она. — Он сказал, что нашел какой-то редкий эликсир в своих запасах. И потому Эрику тоже спасли! Представляешь⁈
Вряд ли все было именно так, но, конечно, главным был результат.
— А ты нас спас! — выпалила она.
И бросилась мне на шею.
Я подумал начать сопротивляться, но в процессе как-то передумал. Не так уж и плохо.
Уже потом в Большом Зале среди учеников стали всплывать подробности всего произошедшего. Причем каким-то удивительным образом умудрились почти ничего не переврать. Скорее наоборот. Я сам заслушался, насколько я героически выглядел во всех этих пересказах.
Немного подпортил малину Алекс. Когда я подхватывал историю про шестого побежденного мною Майора (К4), он невзначай заметил, что Майоров было всего два. Одного прикончила Гринграсс, а что со вторым случилось, никто толком не видел.
— А я верю, что именно Великий Звездный совершил этот Подвиг! — заявил Федор Борков.
Слово «Подвиг» в его фразе явно было с большой буквы.
Да, в школе, как оказалось, осталось не так уж и мало учеников. Многие и правда испугались Красочных и поспешили думой. Но у многих любопытство — ну и какие-то другие мотивы — оказалось сильнее.
В Большом Зале осталась и группа псиоников во главе с Гордианом, которым досталась своя доля славы. И довольно много аристократов. В их числе и наши друзья Альба Капетинг, Федор Борков. И наши… товарищи-соперники. Сегодня, пожалуй, их так можно было назвать. Бенджамин Алкександрит со свитой, Александра Теплова, Рауль Каверне, Игорь Дымов и другие. Последние, конечно, в основном обхаживали Фонте, который не просто вернулся с того света. Он стал едва ли не главным героем, «почти в одиночку оборонявшим вход в замок». И даже у меня не было особого желания над ним подтрунивать.