Взяв поднос, отыскал себе свободный стул, уселся…
— Ты кто такой?
…как рядом со мной тут же образовалось что-то очень массивное. Но явно не очень умное.
Реагировать я не стал.
— Ты не слышал меня⁈
Рука с жирными пальцами потянулась схватить меня за шиворот…
…и перелетела через стол вместе с ее обладателем. Сидя, переворот было не так уж и просто сделать, но парень очень уж подался вперед. Почти весь вес перевел.
В итоге врезался в пол по другую сторону. И взвыл от боли в вывернутом пальце. Перстня у него на пальце не было, значит, чей-то Слуга.
Герб на плече был незнакомый. Ну да, глупо было бы своего Слугу посылать, кто бы это не задумал. На то, что это личная инициатива, я оставлял процентов двадцать, не больше.
— Осторожнее, — предупредил его я. — Пол скользкий.
Продолжения инцидент не получил. Все как-то очень дружно сделали вид, что ничего не было. Жиртрест уковылял куда-то в слезах.
Я даже удивился. Не думал, что мне дадут спокойно доесть.
Как выяснилось, разгадка уже ждала меня.
— Практика по Стихии следующая, — заметил Костя Ланцов (1). Мы встретились на выходе из столовой. — А другой урок должен был быть.
— Может кто-то заболел, — пожал плечами.
— Да, такое бывает, — отозвался он.
— Как сестра?
— Кто? — даже не понял он.
— Ты же ее проверял.
— А! Да нормально… В смысле, совсем охренела. Сказала преподше по этикету, что с такой красотой ей манеры не нужны. Ты представляешь? Десять лет козе, а замашки как у маркизы. Причем шею-то мать мне мылит!..
— Сочувствую твоим трудностям, — отозвался я.
— И правильно! Потому что я прям страдаю!
Переговариваясь, мы дошли до спортзала. Он оказался прям приличных размеров. Даже с небольшой трибуной. Не пси-пирамида в Аркуме, конечно, но для школы на фронтире вполне неплохо.
Встретила нас там учительница.
Явная одаренная. Ранг — пик второго, может даже начало третьего. Я нарочито не стал касаться ее Ясновиденьем. Такая вполне могла и почувствовать.
Без родового перстня на пальце, что интересно. Сама при этом выглядела лет на тридцать. Подтянутая. Костюм на ней напоминал классический дуэльный, каштановые волосы были собраны в хвост. Правильные черты лица, с минимумом косметики. И без малейшего следа каких-либо эмоций.
Класс при ней вел себя не в пример тише, чем на географии. Авторитетом она явно пользовалась.
На меня она бросила короткий взгляд, но говорить ничего не стала. Из чего я сделал вывод, что обо мне она уже была в курсе.
Да, важный момент. Когда наш класс зашел в зал, внутри уже были ученики. Урок, видимо, предполагался сдвоенный.
И более того, среди этих других я узнал сразу двоих.
Карло Хофмана (1) и Павла Бекелева (2).
Совпадение?..
Ну-ну, посмотрим.
Меня они тоже заметили. Хофман так и вовсе уперся взглядом. Выглядел пацан… не знаю, как обычно. Если его и потревожила смерть отца, то внешне это по нему видно не было.
Подходить ко мне ни Хофман, ни Бекелев не стали.
— Сегодня у нас будет практический урок, — объявила почти сразу преподавательница. — Отработаем нападение и защиту по дуэльным правилам. Половина семестра впереди, посмотрим, чему вы научились за это время.
Среди учеников тут же пронесся удивленных вдох.
От девчонок — по большей части разочарованный, от парней… по-разному. Кто-то уверенно заулыбался, другие нахмурились, сосредотачиваясь.
— Ну Марина Сергеевна!.. — все-таки не удержалась какая-то блондинистая девчонка. — Я вообще не думала, что сегодня практика будет. У меня ногти…
— Они у вас всегда будут, Алиса Андреевна, — тут же отозвалась учительница. — А нападение с защитой вам могут пригодиться в любой момент.
— Но…
— Заканчиваем разговоры.
«Алиса Андреевна» насупилась, но больше спорить не решилась.
— Сейчас я сформирую пары и начнем. Напоминаю, что практика происходит только внутри защищенного периметра. Применение техник за его пределами полностью запрещено.
На эту штуку, я обратил внимание. Расположена она была в самом центре зала. И там от самого пола очень густо веяло Краской. Значит, это был ограничитель техник. Он должен был смягчать пропущенные удары и не выпускать техники за начерченную на паркете линию. В поместье Звездных тоже была такая штука, но она, конечно, давно не работала.