Кто-то побежал туда. И достаточно быстро по всему залу разнеслось.
— … мертвый!
— … убит! Он убит!
У меня возникло какое-то странное предчувствие.
И почти тут же:
— Эндрю Спарк! Его убили!
Глава 19
Ритуал
— Прикол! — выпалил Джимпо.
Взгляд у него буквально загорелся любопытством. Я понял, что он сейчас «прыгнет», и успел схватить его за запястье.
Нас тут же выдернуло в темноту, а спустя миг оказались уже внутри мужского туалета. К тому времени там уже была толпа.
При этом народ жался к выходу, не решаясь проходить глубже внутрь уборной.
И понятно почему.
Эндрю Спарк выглядел плохо. Прям совсем.
Понятия не имею, как все это модно было провернуть за те несколько минут, что прошли с момента нашего разговора, но факт оставался фактом.
Спарк был… растянут.
Точнее, наверное, было не описать.
Левая кисть прилипла к туалетному шкафчику, правая — к умывальнику напротив. Одна из ног лежала на кафельном полу. Голова — с выпученными глазами, у дальней стены. В центре оставалось только туловище с короткими обрубками, от которых к конечностям тянулись полоски нервов и вен.
Самое главное, что во всей этой чудовищной «картине» виделся некий противоестественный порядок. Кто бы все это не сотворил, он знал, что делал. Я так и представил, как сверялись миллиметры. И автор пытался привести свое «творение» к изощренной и безумной гармонии.
И более того.
Он жив, — раздалось в голове от Старика.
Что? — не поверил я.
Но он не ответил. Я ощутил какую-то сложную эмоцию, исходящую от него. Но каких-то осмысленных выводов сделать не смог.
Что ты понял? — спросил я мысленно.
Старик не ответил, почти сразу погрузившись «в себя».
Я нахмурился, и…
— Это ты! — почти тут же выпалил кто-то из толпы. — Звездный!
— Чего? — обернулся я.
Одним из тех, кто стоял в первом ряду был Юшкин. То ли приятель, то ли подручный Спарка. Тот, с которым они тогда пытались отобрать у меня личную карточку.
— Ты его убил! — выпалил он.
Во взгляде у него плескался ужас. На то, что осталось от Спарка, он всеми силами пытался не смотреть.
— Не мели чушь, — ответил я.
— Только ты мог это сделать! Я видел, как вы заходили в туалет! Потом ты вышел, а Эндрю остался внутри! Все знают, что вы с ним не ладили!
«Не ладили»?
Я даже хмыкнул мысленно.
— А ничего, что это он меня позвал поговорить наедине, чему тоже есть куча свидетелей? — напомнил я. — Не очень логично выглядит. Тем более, что эта штука явно была спланирована заранее…
Юшкин на миг растерялся, а после… вдруг резко дернулся назад от меня. Причем не он один, а вся любопытная толпа.
Обернувшись, я видел, что туловище Спарка шевельнулось. Задергалось, будто в агонии, едва ли не подпрыгивая на полу…
Для народа это стало последней каплей. Почти все ломанулись к выходу, кто-то упал… Останки Спарка к этому моменту, кстати, перестали шевелиться. И почти тут же я ощутил… смерть. Не всегда у меня получалось это определить, но сейчас я был уверен. К тому же Старик на это указал. Энергия или магия, которая содержалась внутри Спарка, окончательно пропала.
— Звездный, — раздался властный голос.
Я увидел зашедшего внутрь туалета Бенджамина Александрита (7). Он протолкался сквозь тех, кто ломился наружу. Вслед за ним шло несколько имперских аристократов из его свиты.
Взгляд «четвертого в очереди на престол» упал на Спарка. После он снова посмотрел на меня…
Но сказать ничего не успел.
В паре метров от меня раздался хлопок, и в туалете возникла мисс Гринграсс. В той же мантии, в которой она была во время обеда. В руке она сжимала тот же артефакт — палочку. Теперь я точно разглядел, что деревянную. В Ясновиденье от палочки очень плотно веяло Краской.
— Что здесь… — начала она.
И оборвалась, увидев, что осталось от Спарка.
После резко перевела взгляд на меня, окинула взглядом остальных, кто еще находился в туалете. Подействовало это понятным образом.
Большая часть учеников окончательно рванула на выход. Стоявший рядом со мной Джимпо тоже исчез, использовав свою способность. Внутри остались Бенджамин, пара имперцев из его свиты — видимо, они исполняли роль охраны — и Теобальд Туманов (6). Бледный аристократ, выйдя вперед, уставился на тело Спарка широко раскрытыми глазами.
Еще несколько человек оставалось сзади — любопытство перевесило страх — и там же я заметил появившегося Алекса, который тут же пробрался вперед.