Староста: Михаил Звездный
1. Михаил Звездный
2. Федор Барков
3. Алекс Сталев
4. Тун Маккейб, форматория Космолайн
5. Чу Адамс
6. Кар, иерархия Меч
7. Эрика Бишоп
8. Ханна Ветрова
9. Лукас Ветров
10. Юлия, иерархия Разум
11. Галия, иерархия Сила
12. Лука Ченьски
13. Сальвий, иерархия Меч
14. Кассий, иерархия Монета
15. Лициниан, иерархия Кровь
16. Отон, иерархия Сила
17. Нерв, иерархия Ясность
18. Людвиг Баминг
19. Захария Карич
20. Надежда Земцова
21. Одри Юханссон, форматория Институт
22. Лиам Шеберг, форматория Институт
23. Олег Ночев
24. Тим Джимпо
Последним присоединившимся был Джимпо. И, как я думал, упрашивать мне его не пришлось. Еще во время прорыва кибернетиков он появился рядом. И сказал, что:
— Ты, похоже, самый нескучный здесь из всех.
Ефим бы подобное за комплимент не посчитал, но для Джимпо явно было наоборот. То, что он чуть не помер пару раз, пока помогал мне пробраться в аудиторию Стихии месяц назад, его явно мало волновало.
— А что меня заподозрили в расчленении тебя не смущает? — уточнил я.
— Так это ты?
— Нет.
— Ну вот видишь!
В общем, интересный парень.
Мы коснулись зачетками, и после этого у меня осталось одно вакантное место. Если забыть про «похищенных» Кассия с Бамингом.
Но с этим я примерно знал, как разобраться.
Важнее было выбрать двадцать пятого члена факультета.
Еще пока мы стояли у стены, я отдельно переговорил с Юлией, с Туном и Алексом. Насчет возможных кандидатов. В принципе двадцать пятым можно было взять кого угодно. В идеале я предпочел бы или конгломерата, или Дикого простолюдина. Чтобы соблюсти баланс внутри группы. Что аристократов, что псиоников на факультете уже было достаточно.
Также не хотелось брать совсем уж кота в мешке. Из всех совсем непонятной для меня казалась только парочка из Института — Юхансон и Шеберг. Оба имели восьмерки в кибернетике. Оба — вроде бы — не захотели идти на факультет к Эффенди. Да, точка нестабильности, но о ней я хотя бы осведомлен. Да и плюсов от них было немало. Одаренными они были сильными. И в случае того самого соревнования между факультетами могли очень помочь.
А вот среди оставшихся без группы никого прилично сдавшего тесты уже не осталось. По итогу довольно быстро я решил, что готов взять хоть кого-то понятного.
И таких не было ни среди псиоников, ни среди кибернетиков. Среди первых только пара каких-то склочных личностей. Среди вторых — чуваки с «палеными» нанитами. Причем палеными как-то очень неумело.
— Одно дело, когда ты ставишь левое программное обеспеченье на них, — объяснил Тун. — Ну или ключ подключения… гм… не совсем законный. Это тоже не очень хорошо. Много минусов. Работать все будет процентов на пятьдесят в лучшем случае, но будет. Но бывают еще и краденные наниты…
«Краденные» — не в смысле со склада. А в смысле — те, которые уже кто-то «носил». Не расскажи мне Тун, я бы и не подумал, что такое бывает. По сути это было что-то вроде торговли органами. Только целью было именно извлечение нанитов. Прежний носитель, понятно, погибал. Извлеченные же наниты продавались и пересаживались другому человеку.
Обученные на чужой нервной системе работать они при этом могли очень странно. Как грязное Семя у Диких. Или даже хуже.
Так что и этих ребят тащить к себе не хотелось.
Вот только на то, чтобы тупить, времени уже не было. И потому:
— Давай Норшева, — сказал я Алексу.
Тот в ответ чуть поморщился, но все-таки кивнул.
Дмитрий Норшев (0) был безземельным аристократом. Еще до случившегося со Спарком, мы с ним коротко поговорили.
Что в Чувстве Краски Алекса, что в Ясновиденье ощущался Норшев как слабый стихийник. Про себя он почти ничего не говорил. Мол, издалека. И попадания в Аркум он вообще не ожидал. Семьи у него не было. Последние полгода он служил в абордажной команде где-то в конгломерате. Охранял торговые рейсы.