Мешал всей этой прелести, по сути, только я. Ну, еще Ракс, конечно. Но Ракса, очевидно, приговорили просто по умолчанию. Большинство аристократов — даже не одиозных — с удовольствием выкинули бы из Аркума всех простолюдинов. Смысл им в них, если Слуг можно из мелких дворян сделать. Вон, Дымов (4) едва ли не на побегушках бегает. А он так-то звездный аристократ.
По правде, я даже сначала не понял, к чему весь этот спектакль. Видимо, меня тут прям совсем всерьез не воспринимали. И решили, что важнее обеспечить дополнительную лояльность для себя и того же Фонте, нежели надежно обмануть меня.
Я бы на их месте точно сначала с собой «работал». Так-то у меня двадцать четыре из двадцати пяти в группе. Да, двое из них недоступны. Но заартачиться-то я все равно могу. И что они тогда делать будут?
Краем глаза я еще раз глянул на Альбу. Ее ведь наверняка спрашивали, чего от меня ожидать. И что она ответила?
Что я мамин пирожочек? Что меня вокруг пальца обвести, как у ребенка конфету отобрать?
Интересно, если так.
— Звездный, — сказал Бенджамин, выждав секунд двадцать. Пауза явно была намеренная. Чтобы я, значит, помучился в неведенье. — Мы тут обсуждали произошедшее. Произошедшее с Эндрю ужасно само по себе. Но теперь это еще и спутало всем карты.
— Согласен, — кивнул я. — Он мне кучу денег должен остался.
— По-твоему это смешно?
— По-моему не так много времени, чтобы ходить вокруг да около, — ответил я. — Альба сказала, что у вас какое-то предложение.
Я перевел взгляд на Каверне.
— Факультет, — отозвался тот с улыбкой. — Ты аристократ, хоть и бывший… Но уже успел себя хорошо проявить. И на тестах и с Красочными. Да, история со Спарком, конечно, сильно удивила… Будем надеяться, что новых улик против тебя не появится… В любом случае, мы на одной стороне. И будет правильно, если сразу три факультета будут представлять Стихию.
— Директор с учителями уже показали, что доверять им не стоит, — добавил Бенджамин серьезно. — То, что Красочные нашли школу — само по себе подозрительно. Да и реальные мотивы директора неясны. Из двухсот учеников уже осталось меньше ста пятидесяти… И эти пятьдесят просто пропали. А вероятнее всего мертвы.
Вот тут я на секунду прям сбился с мысли.
Пропали?.. Мертвы?..
Догадок на этот счет среди учеников много строилось. Проблема была в том, что это нельзя было точно проверить. Большинство студентов находились друг от друга на расстоянии сотен и сотен световых лет.
Вот только… Бенджамин, учитывая его происхождения, как раз был из тех, кто мог бы собрать реальную статистику.
— Это может быть случайность, — пожал плечами я.
— Четыре подтвержденных случая, — ответил Александрит. — Никто из тех, кто не смог собрать все оценки по тестам, не вернулся.
Это… неожиданно. Если он не врет, конечно. Но вроде тут незачем.
По правде, изначально я думал, что это просто страшилка. Чтобы к учебе относились серьезнее и так далее.
Возможно потому у всех тут вокруг такой напряженный вид?
По крайней мере у тех, кому место на факультетах не гарантировано.
— Буск тоже не вернулся, — сказал вдруг Фонте.
— Он же был ранен, — припомнил я.
— Вот именно, — ответил аристократ. — Кого-то вернули с того света, а кого-то вылечить не смогли? Почему?
Буск, конечно, был тем еще говнюком. Сначала они с Фонте пинали Лиу, потом охотились на Чу, но во время нападения Красочных он дрался честно. И, возможно, даже спас кого-то.
— Жаль, — сказал я.
Фонте в ответ только скривился. Явно не поверил.
— Директору и большинству учителей доверять нельзя, — подвел итог Александрит. — Именно поэтому нам нужно три факультета. И наполнить их нужно своими. Тем, кому можно доверять. С кем можно будет договориться.
И, очевидно, псиоников и конгломератов Бенджамин достойными доверия не считал. Особенно с учетом, что и те, и те уже получили по факультету.
— Очень увлекательно, — кивнул я. — А я здесь причем?
Бенджамин посмотрел на меня, словно пытаясь понять, не придуриваюсь ли я снова.
— Ты можешь возглавить третий факультет.
— Спасибо, я знаю.
Возникла пауза.
Бенджамин чуть нахмурился. На лице Каверне наоборот возникла усмешка, будто он предполагал что-то подобное.
— Звездный мальчик, кажется, не понял, — раздалось вдруг от Теобальда Туманова (6). Его голос тянулся как тяжелая вязкая смола. — Он думает, что у него уже есть факультет. Но его у него нет. Три оставшихся факультета будут принадлежать Стихии и Звездной Империи. И никому больше.