Трясясь, Элрик открыл беглый огонь из—за угла по фигурам, показавшимся в коридоре.
Гвозди, разогнанные до огромной скорости, выбивали скоп искр со стен, рекошетировали и, впиваясь в штукатурку, откалывали куски. Попавшие в засаду ящеры не стали прятаться, как положено, а открыли ответный огонь, уверенные в силе брони.
Только спустя десять секунд Элрик рассмотрел их: они отличались и носили более крупную броню, явно способную противостоять лёгкому вооружению. Отходя к дальней стороне комнаты и прячась за широкой панелью электронных приборов, Элрик достал последний магазин и перезарядил автомат.
Но тут гравитация по всему кораблю отключилась, разбросанные тела и предметы медленно оторвались от земли и начали парить.
«Внимание, персонал корабля «Меркурий—1»! Главный двигатель запущен. Ориентировочное время прыжка — 10 секунд. Пожалуйста, займите свои места для избежания травм.»
Предупреждение из громкоговорителя выбивалось из плана захватчиков. Тяжелоодетые звери переглянулись и столь же быстрым шагом побежали к выходу, но десять секунд закончились слишком быстро.
Элрик, услышав сообщение, быстро занял место диспетчера моторного отсека и прижал голову к коленям.
В то время, когда Элрик подключил КПК к пункту технического обслуживания, капитан корабля Меркурий 1 получил сообщения, и уже после этого открыл огонь из всех корабельных пушек по десантному кораблю империи Заграан.
Турболазерные пушки малого калибра, установленные по всему кораблю, открыли огонь по серому судну, напоминающему античную карету с острыми шипами по всему корпусу
Сгустки пламени и лазерные лучи колотили по внешней обшивке, оставляя алую металлическую поверхность после продолжительного бомбардирования. Ладей с малых калибров достаточно для того, чтобы разрушить корабль.
Для перехода на сверхскорости корабль должен был отключить гравитацию по всему судну, и это было сделано. Огромные двигатели тюремного корабля зажглись ярко—алым светом, нарушив герметичность корпуса, из—за чего наружу побежали ящеры.
В следующее мгновение в космосе зажглась синяя вспышка, поглотившая корабль. Гравитационная волна нанесла удар по десантному кораблю, что привело к аварии на всем корабле.
Глава 2
Следующие несколько часов стали самыми спокойными с момента пробуждения. Охрана, при поддержке тяжелых ботов, быстро зачистила отсеки корабля, освободив забаррикадированных членов экипажа.
Элрик, следуя инструкциям бортового искусственного интеллекта, оставался в техническом отсеке до прихода охранника, который молча отвел его в камеру.
—Капитан, Империя уже знает о происшествии, отчет, поданный искусственным интеллектом, был изучен по прибытии на станцию распределения. Вам приказано прибыть к командующему и не забыть заключенного, который перезапустил двигатели. — голос молодой леди раздавался из серого динамика, за которым мерцала голографическая запись молодой дамы, одетой в военную форму.
Капитан, понимая, что при штурме не выполнил одну из главных директив при столкновении с враждебным видом и чуть было не потерял ценное судно, а что хуже — спас ситуацию заключенный, что само по себе не добавляло ему или охране очков.
Проверив в очередной раз личное дело Элрика Олика, преступника класса опасности 9, с причиной ареста — кража энергоячеек портового манипулятора. Наказание — отправка на службу в штрафную армию на 10 лет.
— «10 лет за простую кражу батарейки?» — хмыкнул Капитан, неудовлетворенный данными.
Мир ульев явно не справлялся с выплатой десятины для армии и всеми силами пытался затащить молодых людей с низов в тюрьму, чтобы потом отдать их, спасая своих сынков от участи служения империи.
— Лайла, приведи ко мне нашего благодетеля, — крикнул капитан, подходя к старому на вид шкафчику.
Элрик тем временем отдыхал и обдумывал все, что с ним произошло. Те воспоминания, что пробуждались в нем все сильнее, замещали оригинальную личность и он уже не совсем осознавал, кем на самом деле являлся, кто главный, кто начало, а кто конец. Тот ли военный, что погиб в горах, или студент, убитый неизвестной силой в горах Кавказа.
Воспоминания были перед ним, но, словно туман, окутывали его разум, не давая собрать всю картину в единое целое.