Послышался звук ключей в замочной скважине. "Заключенный БД18543, Капитан желает видеть вас", — произнесла строгая девушка, открывая камеру.
— "Надеюсь, за мой срок не докинут лишний пяток лет за покидание камеры", — прошептал Элрик, выходя из камеры. Ничего не говоря, девушка некоторое время вела его к Капитану, и он следил за ее ритмично покачивающимися ягодицами в этом тесном наряде.
Войдя в каюту Капитана, Элрик сразу почувствовал сладкий аромат, напоминающий запах алкоголя.
—"Присядь, наш прыжок закончится через пару дней. К тому времени ты должен быть готов. Война, которую не хотелось бы начинать, начнется, и ты, если бы ничего не произошло, попал бы в мясной дивизион, который создан только для провала. Смертность там 95%," – сказал капитан, наливая в бокал синюю жидкость.
– "Я представлял, что меня закуют на весь мой срок, и буду сидеть в одиночной камере, или работать в шахтах на каком—нибудь астероиде," – ответил Элрик, взяв стакан.
– "Начальство о тебе уже знает и о твоих действиях, спасших экипаж," – покачал головой капитан, встряхивая алкоголь в бокале.
– "Я удивлен, что вы не побоялись рассказать, как было. Думал, что вы должны что—то типа «возглавил команду и вернул контроль над кораблём»," – со смешком проговорил Элрик.
–"При всем моем желании, не смог бы, искусственный интеллект военных кораблей документировать все происшествия. И если они выделяются из серой массы, передаются выше. У меня, как капитана, нет никаких прав вносить правки в его отчет. Я могу лишь дополнить его," – с горечью на лице сказал капитан, отпивая еще немного алкоголя.
—"Получается, моя судьба скорректировала полет, и теперь меня ждет что—то более интересное, чем просто смерть в окопах?" – сказал Элрик, расслабляясь после первого глотка.
"Нет, ты теперь умрешь в бою, но ты заработал пару баллов, что может дать шанс на выживание!".
Еще некоторое время Элрик беседовал с капитаном. Из разговора Элрика он узнал, что Империя, в которой находился, называлась Империя Плум. Планета, на которой жил Элрик, была дальней, и не все знали истинное название страны, в которой жили. Для многих губернатор планеты являлся королем.
Так в тишине тюремной камеры, где изредка стены дрожали из—за турбулентности космоса, прошли несколько дней. К концу третьего дня гравитация вновь отключилась, и с сильным гулом из синего пузыря выпрыгнуло судно. Вокруг него роились металлические роботы, строящие орбитальные укрепления и пушки размером в несколько сотен.
В течение нескольких часов Элрик в сопровождении двухсот таких же молодых людей покинул судно, которое только сейчас смог осмотреть, и осознал, что те коридоры, которые он прошел, были лишь небольшой частью. На расстоянии двухсот метров от борта, возвышались к небу пирсы, тянувшиеся вдоль пирса на добрые три сотни метров.
— «Вот уж действительно мечта сбылась» — подумал Элрик, следуя за связанной кандалами цепочкой оранжевых роботов.
Летающий дрон периодически помечал людей краской. Те, кто получал красную метку, уводились в дальний док, но таких было единицы, в число которых попал и Элрик, в душе которого пробуждалось легкое беспокойство.
Комната размером с небольшое футбольное поле, разделенная на четыре сектора, стала новой точкой, в которой группу поделили еще на несколько категорий, отсеяв их по неизвестным ему причинам.
Путешествие в неизвестное продолжалось до позднего вечера, хотя в космосе нет такого понятия. Однако биологические часы не были привязаны к географическим координатам.
Молодой специалист в белом халате остался наедине с Элриком и небольшим научным прибором, просвещая каждую клетку организма и записывая данные в приборе.
— Директор—кандидат подтверждает, что все показатели идеальны, а структуры органов и клеток соответствуют всем нашим параметрам, — сказал молодой ученый в микрофон.
— Что со мной будет? — спросил Элрик, надевая наручники.
— Не волнуйтесь, — сказал парень, отходя от сканера c улыбкой, — для вас может наступить новый этап, если вы выживете.
Ожидая неизвестного, Элрик вновь погрузился в транс, вспоминая свою научную работу и исследования, хотя современные приборы были значительно более продвинутыми.
Седой человек с легкой одышкой вошел в кабинет, не отвлекаясь, подошел к анализатору и рассматривал показания.
— Я не видел таких показателей уже пять лет, — пробормотал старик, поднимая свои голубые глаза, в которых читался интерес.