***
Дача академика Селезнёва оказалось небольшим трехкомнатным домиком с просторной кухней и верандой.
- Похоже, тут не было никого больше года? – новый квартиросъёмщик внимательно осмотрел место будущего проживания.
- Правильно будет сказать - больше двух, - помощник авторитетно облетел покрытые пылью площади. Завис над почерневшей люстрой.
- Послушай, Максим, давай вернёмся в наше время. Мне тут не нравится.
- Почему? - искренне удивились в ответ. – Боишься приведений?
- Никого не боюсь. Здесь нет интернета. А ещё всего три телеканала. Мы же умрём со скуки.
Парень весело ухмыльнулся в ответ. – Не умрём. Надо дождаться позднего вечера. Обязательно покажут какой-нибудь фильм или развлекательную передачу
- Не хочу ждать вечера, - заныл шар. – Слушай, давай вернёмся? Ну, что тебе стоит? Мне постоянно нужна новая информация. Я не могу без интернета!
- Нет! - набегавшийся за ночь искатель метеоритов, скинул с ног сандали фабрики «Скороход». Завалился на диван. - В ближайшие дни я не планирую возвращаться в наше время. Устал от шума, гама и главное непрекращающейся вторую неделю жары. А здесь… тишина, покой и комфортные плюс двадцать три.
- Так, что! - пододвинули подушку под голову. - Выспимся, отдохнём. А дальше посмотрим.
Обманутый приятель недовольно завис над головой. Замерцал неоновым светом. - Дома есть кондиционер, включишь и будет прохладно.
Максим скривился. - А толку. Спать всё равно невозможно. Шумит как не смазанная телега.
Шар недовольно превратился в небольшую воронку. – Нет, вы посмотрите на него? Он, видите ли, хочет спать. А мне что делать? Мух гонять по дому?
- Не знаю, - глубоко зевнули. Повернулись на бок. - Дуй в библиотеку – посмотри журналы с картинками, почитай книги. Или займись ещё чем-нибу… -
Парень замолчал на половине слова. Затих. И через несколько секунд мирно засопел.
Воронка вернулась в состояние шара, покрутилась по комнате. Задумчиво зависла над телевизионном проводом. Приняла решение. Добралась до вытащенного из телевизора штекера. Облепила его и неподвижно замерла.
Несколько минут ничего не происходило. Прилипший к шнуру неопознанный объект едва слышно гудел.
А потом, ни с того, ни с сего, превратился в серый сгусток и по его бокам побежали многочисленные разряды…
Где-то высоко в небе, в районе верхушки Останкинской башни, открылось межвременное окно и через него, от другой мощной антенны, из другого времени, начал поступать устойчивый телесигнал.
…..
Москва - многомиллионный город.
Через пять секунд первый зритель, от скуки вращая ручку, с удивлением обнаружил новый канал.
Через семь минут число заинтересованных зрителей перевалило за двадцать тысяч.
Через десять минут информация выплеснулась во дворы, понеслась по улицам, зашелестела по проводам…
…..
Несмотря на поздний час, парк был переполнен людьми. С аттракционов доносился счастливый визг девушек, низкий баритон ребят, скрип качелей. Из игровых павильонов ползла приятная электронная музыка, с озера слышался скрип уключин лодок, негромкие счастливые голоса влюбленных. А над всем этим – шум старых деревьев, зной и темнеющее вечернее небо, покой, умиротворённость.
Василий Аркадьевич, как всегда шёл домой через парк. Он отстоял небольшую очередь к павильону, где торговали чешским пивом. Не торопясь купил две кружки. Пиво было тёплое, кисловатое, явно нечешское, но тем не менее приятное на вкус. Горькая жидкость слегка покалывала язык. Он выпил кружку залпом, «без закуси» и опустил её на подставку. Соседи посмотрели на него одобрительно - так и надо, это по-нашему.
Допить вторую кружку он не успел, когда в воздухе со всех сторон, подобно сигналу «Пожар», начало распространяться перекликающееся эхо…
…По телевизору показывают фильм про хоккей.
…Про что?
…Хоккей по телевизору.
…Как, так? Его нет в программе? Как такое возможно?
…Хоккей! Все говорят! Без программы! Показывают наших!
…И не просто хоккей, а «СССР – Канада!».
…Наши, с канадцами? С чего вдруг?
…Да, точно! С канадцами! Наши! Играют!!!
…Дык, надо смотреть!
…Не то слово!
…Хоккей… Идёт…СССР – Канада! – понеслось по парку.
… Как, уже? Идёт? Какой счёт? Давно началось? А кто играет за наших? А у Канады, кто?
- Мужики, чего стоим? – не утерпел Василий Аркадьевич. Он бросил всё: Недопитое пиво, ободранную воблу, мелочь, лежащую горкой на столе, и быстро пошёл в сторону дома, подгоняя неизвестных людей. - Идёмте скорее. Хоккей! Кто знает, по какой программе?