- Тошно мне, ничего не хочу, - выдыхает Эля. - Я видела брата Эрика сегодня днем. Пошла в офис компании их деда, пока ты была на работе. Там раньше работал Эрик, пока не укатил заграницу. И вот сегодня я узнала, что он вернулся в столицу из Штатов. Потом уже поняла, что он будет в клубе. Он всегда тусит там с друзьями.
Ах, вот значит как?
Сестра полностью игнорирует мои просьбы забыть об отце ребенка. И даже в офис к этому ублюдку пошла, пока я была в аптеке! Вот почему Адам сказал, что Элеонора подняла на уши всю их мерзкую семейку.
- Эля, я же просила! Не трожь его, не навязывайся мужчине! Унижаться перед таким уродом это просто… - вспыхиваю от злости, прижимаю ладони к пылающим щекам.
Уверяю сестру, что Бестужев никак не отвертится от отцовства.
Элеонора совсем еще ребенок, у нее нет ни жилья, ни работы. И, само собой, помощь состоятельного папаши нам не помешает.
С мыслью, что племянник - теперь больше моя забота, я уже смирилась. Стала радоваться будущему малышу, принимая его, как родного сыночка.
- Пусть папаша-мудак присутствует в жизни ребенка хотя бы в качестве стабильных алиментов. Эля, мы сделаем тест на отцовство и все из него вытрясем, обещаю! Сделал ребенка, значит, должен, его содержать, козел похотливый! - запыхавшись от нахлынувших эмоций, выговариваю ей.
Сжимаю холодную ладошку Эли в своих руках, но реакция на мои слова убивает.
- Не будет никаких тестов! И детей никаких не будет! Я не оставлю ребенка. Мне он не нужен, - вдруг шокирует меня Эля....
Глава 5
Адам
Первое желание - вернуться в квартиру и все высказать беременной актрисе в обмороке.
Я сам видел, с кем она приходила и уходила из ночного клуба, и втирать про любовь к моему брату мне не надо.
Но больше добила тирада ее рыжеволосой сестры, которой на фоне тяжелого развода мерещатся сплошь мудаки и предатели.
- ”Вы не врач! Аферист!” - цежу себе под нос, копируя визгливый голос рыжей заразы.
Лучше бы тебе не встречаться со мной на работе, родная. После того, что сказала Дарина, пальпацией ее груди я бы не ограничился. Дико вывела, играла со мной, а потом вдруг стала из себя недотрогу корчить.
Повесила бы лоб табличку “Разведенка. Не влезай, убью!”
Сразу было бы ясно, что к ней подходить и трогать за задницу опасно для здоровья.
Стерва, но мне понравилась...
Пару минут жду лифт. Все еще непроизвольно прислушиваюсь к тому, что происходит за дверью квартиры. Кроме возни и невнятных обрывков разговора Рины и ее предприимчивой беременной сестры, ничего не различаю.
Лифт в этой дыре тоже, видимо, ходит по расписанию.
Мысленно проклинаю моего брата. Сука, Эрик! И здесь ты, бля, отличился.
Взгляд падает на какое-то белое пятно, бумажку валяющуюся около обшарпанной двери. Поднимаю с пола конверт и подсвечиваю себе фонариком.
- Зотова Дарина. Судебное, - читаю надпись, поджав губы.
Именно эту бумажку беззаботная Рина отшвырнула туфелькой от двери. Рыжая, судя по всему, по горло в проблемах и долгах, но делает вид, что гордая и неприступная. Внутри, судя по штампу на конверте, повестка или иск.
Тут не нужно быть мудрецом, чтобы понять истинное положение ее дел.
Простая однушка, света нет, да и гребаный халат, как с чужого плеча.
Возвращаюсь мыслями в тесную ванную, вспоминаю как она эротично стояла около меня практически голая. Член предательски реагирует на каждый кадр воспоминаний нашего общения с рыжей.
- Клуша наивная! - говорю гневно и вставляю письмо уголком в двери ее квартиры. - Затрахаешься потом адвокатам счета оплачивать, Дарина.
Пока спускаюсь по ступенькам, забыв о задроченном лифте, на мой телефон поступает очень и очень важный звонок.
Только, почему именно сейчас?
- Алло, а ты разве не спишь в это время? - спрашиваю деда.
Старик совсем сдал в последнее время, так говорит отец. Но бодрый голос Феликса Бестужева не дает забывать, кто в нашем доме хозяин.
- Привет, Адам. У нас уже утро. Рабочее утро, внучок, - смеется дед, подкалывая меня.
- Прости, я после смены. Не спал еще толком. Друг попросил купить для него кое-что, а потом внезапно уехал по работе. А я тут… Застрял по делам, короче.
Не травмируя психику деда подробностями моего ранения, выдаю лишь половину того, что произошло со мной за вечер.
Дед слушает меня фоном, потом говорит, что мне пора бы завязывать с дежурствами, да и с работой вообще. Не просто жалеет меня, трудоголика, а вполне серьезно предлагает бросить медицину.
- Адам, ты уже вырос из своего медицинского костюма. Пора бы вам с братом заняться фирмой. Я стар, пора отойти от дел, - с придыханием старого мафиози говорит Феликс.