Слёзы высохли. Внутри образовалась холодная, звенящая пустота.
Я медленно подняла глаза на Байрана. Он смотрел на меня с холодным триумфом победителя.
— Ну что, Веви? — его голос был тихим, почти ласковым, и от этого ещё более отвратительным. — Сказка закончилась?
Я молчала, глядя ему прямо в глаза. Я больше не чувствовала страха. Только выжженную дотла пустыню в душе и холодную, тихую ненависть. Он забрал у меня всё: веру в отца, веру в справедливость, веру в прошлое. Он оставил мне только эту ненависть.
Он снова подошёл. Взял меня за подбородок, заставляя смотреть на себя. Его большой палец медленно, почти нежно, провёл по моей нижней губе.
— Молчишь? Правильно. Привыкай. В нашем доме говорить буду я. А ты… ты будешь красивым дополнением к интерьеру. И матерью моего наследника.
Последние слова он произнёс почти шёпотом, но они прогремели в моей голове, как выстрел.
Наследник.
Так вот какова была конечная цель. Не просто месть. Не просто унижение. Ему нужен был ребёнок. Наследник империи, рождённый от дочери его врага. Идеальная, самая жестокая месть, какую только можно было придумать.
— Ты совсем что ли... псих?! Это что... мне с тобой ещё нужно будет и... — не договорила, не потому что ханжа, а потому что у меня в голове не укладывалось, что человек мог до такого додуматься... в нашем-то веке, заставлять кого-то спасть с ним, чтобы отомстить через ребёнка.
— О, милая, ещё как... — хищно ухмыльнулся Байран. — У нас будет секс! Много-много беспорядочного, грязного, жёсткого секса. Хочешь, я в подробностях расскажу... все-все нюансы наших предстоящих интимных...
— ХВАТИТ! — я зажала уши руками. — Прекрати, Байран! Я не буду с тобой спать! — процедила сквозь зубы.
— Ещё как будешь! Как ещё зачать ребёнка?
— Не поверишь, — чуть не подавилась язвительностью я, — современная медицина, в особенности, Репродуктология...
— У меня нет нарушений в этом плане, и я за естественное оплодотворение...
Да он издевался?!
— Боже! Это даже звучит мерзко, — возмущённо мотнула головой я.
— Секс звучит не мерзко...
— Я не о нём, я о том, как ты это говоришь, и что в твоей башке творится!
— Ничего, Веви, скоро ты станешь меня лучше понимать, ну или просто познаешь все прелести моей больной башки.
— Но ребёнок-то тут причём?
— Я ТАК ХОЧУ. — Прозвучало слишком спокойно, для значимости ответа. — Понимаешь? — а теперь в его голосе звучал металл. — Вот такое условие по брачному договору!
И в этот момент я поняла, что это не конец. Это только начало войны. И я в ней не сдамся без боя. Даже если придётся сражаться в одиночку.
ГЛАВА 3
ГЛАВА 3
ВЕРА
Пустота.
Сначала была она. Оглушающая, вымораживающая, звенящая пустота, которая заполнила меня до краёв после того, как за ним закрылась дверь. Я осталась стоять посреди его стерильного, бездушного кабинета, как забытая на поле боя сломанная кукла. Ноги не держали, и я просто сползла на ледяной мраморный пол, не чувствуя холода. Мир сузился до гулкого стука собственного сердца в ушах и последних, брошенных им слов, выжигавших на подкорке сознания клеймо: «…матерью моего наследника».
Наследник. Не ребёнок. Не человек. Инструмент. Финальный штрих в его дьявольской картине мести.
— Дай мне... время, изучить брачный контракт, — опустошённо обратилась к Барану я. — Чтобы понимать...
— Конечно, — скупо отозвался Штольц. — Кабинет к твоим услугам, — и больше не глянув на меня, оставил одну.
И вот теперь я сижу за столом посреди огромного, безликого кабинета чёрт его знает на каком этаже небоскрёба. За гигантским панорамным окном, от пола до потолка, распластался ночной город — равнодушное, переливающееся бриллиантовой крошкой чудовище. Здесь, на вершине мира, звуки города не слышны. Только тишина. Давящая, густая, как вата.
Передо мной на столе лежит толстая папка из дорогой кожи с тиснёным логотипом «Стоунхолл».
Брачный контракт. Мой смертный приговор, изложенный на тридцати страницах безупречным юридическим языком.
Пустота внутри начала медленно отступать, уступая место чему-то другому. Холодной, звенящей, кристаллической ярости. Она поднималась со дна души, острая, как осколок льда, и придавала сил. Слёзы высохли. Шок прошёл. Началась война. И первое, что должен сделать солдат перед боем, — изучить поле битвы и оружие врага.
Я придвинула папку к себе. Она была тяжёлой, словно налитой свинцом.
Я открыла её.
«Брачный договор № 77. Между Штольцем Байраном Константиновичем, именуемым в дальнейшем «Сторона-1», и Ветлицкой Верой Антоновной, именуемой в дальнейшем «Сторона-2»…»