Мне нечего было сказать Грачеву. Извиниться? Какой уже смысл, это все равно, что приклеить лейкопластырь к трещине. Молить о пощаде? Так монстр только того и ждет, выжидает, когда поползу за ним на коленях, в слезах и соплях, вымаливая для себя жизнь и свободу. И ведь поползу, если встанет острый вопрос с моим мужем. Он-то к этой истории никак не причастен. Так что, по идее, Грачев не станет трогать невиновного. Или станет, назло мне?
Решила промолчать и послушать, что скажет еще. Что уготовил для меня теперь, когда я уязвима и беззащитна, как бабочка в токсичной паутине.
- Ты будешь теперь каждый день жить в страхе, ходить по улице и оглядываться, не идет ли кто-то за тобой тенью. Я уничтожу тебя, раздавлю, как мелкую букашку, так не осмотрительно вставшую на моем пути. Разрушу все, чего так долго добивалась и все, что дорого твоему сердцу, не пожалею никого и ничего.
Он с отвращением пихнул меня, можно сказать, швырнул как куклу на другой бок салона и жестко пробасил:
- А сейчас, пошла вон, беги быстро, на пределе своих возможностей и запомни: от меня невозможно скрыться, я всегда буду за твоей спиной, куда бы ни пошла, чтобы ни сделала. Дрожи, думая, по какому уязвимому месту ударю в следующий раз и, кстати, жди вечером от меня сюрприз.
Замки на дверях открылись, я пулей выскочила из машины. Даже не верится, что после всего осталась цела… Как и было сказано, бежала быстро, не разбирая толком дорогу. Слезы затуманили взгляд, а в ушах все еще звенели последние слова монстра. Сюрприз? Боже мой, прошу, пусть это будет удар по мне, а не по Юре! Я не переживу, если с ним что-то произойдет, слишком сильно люблю и не могу позволить пострадать ни за что. В таком случае, проще бросить его, как бы ни было больно обоим от разрыва.
На автомате, как оказалось, прибежала к полицейскому участку, но зайти туда не осмелилась. Что я им сейчас скажу во взвинченном состоянии? И могу ли, на самом деле, заявить о покушении на мою жизнь, а не только об ограблении.
Нет… нужно остыть для начала и переосмыслить все, что произошло со мной за последние полгода. Было так много всего, о чем следует поразмыслить и, наконец, попытаться успокоить клокочущие внутри эмоции. Все проблемы вдруг отошли на задний план, даже злоба мужа о потерянном ноутбуке перестала волновать. Может быть, все это звенья одной цепочки?
***
Грачеву стоило огромных усилий не придушить одну наглую маленькую тварь на месте. Он до боли стиснул руки в кулаки, на щеках заходили желваки, мужчине требовалось некоторое время, чтобы взять всю свою злость под контроль и не кинуться вдогонку за девчонкой, чтобы размазать по асфальту.
Она сильно изменилась, повзрослела и, наверняка, уже раз сорок пожалела о своем поступке, только теперь уже поздно. Грачев оценил внешний вид девчонки: вьющиеся каштановые волосы струились водопадом по оголенным плечам, подчеркивая нежную молочную кожу. Лицо раскраснелось из-за духоты в салоне и смятения, пухлые губы дрожали, а в небесных глазах застыла паника. Фигурка теперь приобрела пикантные изгибы. В ту роковую ночь, пять лет назад, девчонка показалась Грачову угловатой и нелепой, но сейчас… Гадкий утенок превратился в прекрасного лебедя с пышной грудью и тонкой талией. А это милое, округлое личико с минимум косметики? Понимая, что он слишком увлекся красотой жертвы, мигом тряхнул головой и припомнил, как девица безжалостно клеветала Грачева в суде. Вот тогда вся интимность момента и растворилась, как роса под палящим солнцем.
Тварь… Жила, ни в чем себе не отказывая все это время, пока его едва не убили в первый же год на зоне. Он выжил лишь благодаря другому человеку, тот специально подставился под неминуемый удар заточки, принимая весь удар на себя.