- Чем тебе в этот раз Яна не угодила?
Если насчет Софии мать молчит, следуя четко обговоренной сделке. То ее племянница получала в лице Айгуль Давыдовны грозную, злобную тетку.
- Она не понимает, где ее, а где чужое! - орет так сильно, что невольно морщусь.
Вот в жизни не поверю, что такая милая, ангельская девчушка способна на коварные вещи. У меня она сразу вызвала положительные эмоции. Да и ведет себя вполне достойно.
Проявляет уважение к старшим. Слушается тетю. Не грубит, не огрызается. Прекрасный ребенок.
Вот бы и мне такого сына.
Ибрагимов, а может ты сам постараешься? И будет у тебя наследник.
Нет-нет. София Утесова - это табу. Та черта, которую переходить нельзя.
И тем не менее ты с ней время-то проводишь. То прогулки, то кафе, то кино, то еще…
- Ильяс, ты меня вообще слушаешь? - мать психует.
- Лучше бы не слышал, - сквозь зубы, сжимая руки в кулаки.
- Ты хоть понимаешь, кого в дом притащил? Кто сидит с нами за одним столом? Спит в наших постелях?
- Ты что, сказку Шарля Перо перечитала? - посмеиваюсь, впервые настроение себе поднимая. - Прямо «Маша и три медведя», - тяжело вздыхаю. - Значит так, - перебиваю ее на полу-слове. - Не смей трогать ни Софию, ни Яну. Иначе я живо тебя сошлю из столицы.
- Не боишься, что потеряешь кое-что из-за расторжения нашей сделки?
Вот теперь Айгуль Давыдовна показывает свое истинное лицо. Ядовитой стервы, готовой отравить любого, даже собственных детей, если они идут вразрез с ее планами.
«Надо душить змей, пока у них нет зубов».
- Скорее у тебя все планы рухнут, когда я заберу…
Звонок смартфона отрывает от неприятного разговора с матерью. На экране высвечивается имя Софии.
Усмехаюсь, расплываясь в широкой улыбке. Все-таки решилась позвонить.
Похвально-похвально. Нам же есть, что с ней обсудить.
- Ильяс, почему Ясмина до сих пор не вернулась от друзей? Какого черта она забыла в доме того нищеброда? Он ей совершенно не…
Надоела.
Нажимаю кнопку и кабинет погружается в тишину. Блаженную и так мне необходимую.
Отвечаю на звонок, даже на расстоянии чувствуя, как София нервничает и смущается. Она до сих пор не может себе простить ошибку с ЭКО.
Ведь ее организм не принял эмбрионы. Из-за чего ей снова придется проводить процедуру через несколько дней.
- София, - сдержанно, по-деловому, хотя внутри тепло расползается.
- Ильяс, я… - вздыхает. - Мы можем поговорить о… нашей ситуации? Это очень срочно.
Хм. Похоже, что-то назрело в ее милой головке.
Не такого ты, Ибрагимов, ожидал.
- Через полтора часа встречаемся в ресторане «Звездопад».
- Хорошо.
Отключаемся.
Что же ты хочешь мне сообщить, милая?
Неужели, подумываешь расторгнуть сделку?
Ну так я тебе не позволю. Ни за что. Ты со мной еще надолго.
Никто и ничто нас не разлучит.
Да только позже все чаще в моем мозгу будет всплывать фраза «Не зарекайся».
Глава 10
София
- А возможно ли такое, что эмбрионы вообще не приживутся?
- Осечки конечно могут быть, - доктор пожимает плечами. - Никто от них не застрахован. Но вы не переживайте, София Алексеевна, с вами все…
Плюхаюсь обратно на стул, совершенно не слушая мужчину. Витаю в своих собственных мыслей.
Мною владеет страх. А острое чувство возможной безысходности поглощает словно морская пучина.
Боже. Не надо было мне во все это ввязываться. Не надо было на договор соглашаться.
В конце концов в городе полно банков. Кто-нибудь да выдал бы мне кредит.
А отдавала бы ты как, София? Натурой?
Решила бы проблему по мере ее возникновения.
Теперь же, в случаи очередного провала, придется как-то деньги возвращать Ильясу.
Он столько вложил в лечение и реабилитацию Яны, что мне никогда с ним не расплатиться.