— Мама точно в восторге. Слушай, Лера, я звоню тебе не просто так. У меня есть к тебе очень важный вопрос.
— Слушаю, — ответила она напряженно.
Я набрала полные легкие воздуха и заранее приготовилась выслушать осуждения сестры.
— Мне нужно поговорить с Ринатом Каримовым. Ты знаешь, где я могу его найти?
— Что? — она поперхнулась. — Роза… Это ничем хорошим не кончится.
— Мне нужно с ним поговорить. Это очень важно.
— Роза, если он тебя бросил и гуляет с другими, то в этом нет ничего особенного. Ты не стала исключением, у него куча девчонок.
— Лера, пожалуйста… Мне нужно с ним встретиться.
— Роза, ну ты как маленькая! Видела бы ты, как он отжигает сейчас в клубах с девками, не стала бы искать встречи с ним. Он словно с цепи сорвался. Одна-другая-третья… По две девушки за раз снимает! Ты понимаешь… Он с ними не звезды считает.
Мне было физически трудно слушать новости о том, что Ринат гулял налево и направо.
Где-то в глубине души я продолжала верить, что между нами было нечто особенное, проскользнуло что-то глубокое, искренннее.
— Лера. Просто скажи, где я могу его найти.
— Кафе, сама знаешь. Но надо его караулить.
— Я чувствую, ты темнишь.
— Хорошо, — вздохнула она. — Я знаю, что у Каримовых сегодня будет большой семейный праздник. Чей-то день рождения, все собираются в доме Мусагали. Но тебе лучше не идти…
— Адрес скажи. Ты точно его знаешь, — усмехнулась я, прикрыв глаза.
Она назвала адрес.
— Спасибо, Лера. И еще одно, не говори никому, что я приезжала, хорошо?
— Как скажешь, — ответила беспечно. — Но можешь не искать с ним встречи. Чего бы ты ни хотела, Роза, ты этого не получишь…
Друзья, большое спасибо за ваши искренние поздравления и теплые слова! Мне безумно приятно, что вы есть у меня! СЕРДЕЧНОЕ СПАСИБО!
=29.2=
=29.2=
Я не стала долго думать, нужно ли ехать к Каримову на разговор. Я знала, что если помедлю немного, то могу растерять решимость и точно не смогу видеться с Ринатом.
Приказала себе двигаться, вызвала такси и приехала к дому Мусагали Каримова. Возле дома было припарковано множество роскошных автомобилей
Как бы пройти внутрь?
Я слишком долго мялась возле ворот и привекла внимание охранника.
— Чего тебе? — спросил мужчина.
— Я хочу поговорить с Ринатом Каримовым.
— А ты кто?
— Есть важные новости по одному из дел, которое Ринату поручил Мусагали, — соврала. — Я не могу сказать вам.
— Позвони Ринату.
— Звонила, отключен. Или не слышит.
Мужчина подумал немного.
— Если Ринат не узнает вовремя, получит нагоняй от Мусагали, а потом отыграется на том, кто не поспешил сообщить ему новости! — разыграла нетерпение.
По правде, меня трясло от страха неизвестности.
Но слова о том, что Ринат мог отыграться на простом охраннике, подействовали безукорительно.
Очевидно, слава о крутом нраве Рината была не преувеличением.
— Жди здесь, — коротко бросил.
Я едва держалась на ногах, перед глазами поплыли разноцветные круги. С трудом сдержала позыв тошноты, потому что ничего не поела с утра, а в дороге пила лишь черный чай со сладкими карамельками.
Время тянулось невыносимо медленно.
Может быть, Лера права? Я зря приехала.
Уже потеряла терпение и собиралась уйти, как вдруг калитка распахнулась.
Ринат возник неожиданно и, увидев меня, притормозил.
— Ты?! — прохрипел он.
Я покачнулась и схватилась за прутья ворот, чтобы не упасть.
Он выглядел еще красивее и опаснее, чем я помнила. Если при первой встрече облик Рината лишь намекал на опасность, то сейчас от парня ощутимо тянуло аурой больших денег, власти и криминала.
Теперь он действительно выглядел и чувствовался мной, как очень плохой парень, от которого лучше держаться подальше. Глаза были темными, испепеляющими.
— Привет, Ринат, — с трудом сложила губами слова.
— Как нашла?
— Многие в городе знают, где живет Мусагали.
— Допустим, — он засунул ладони в карманы брюк и посмотрел на меня с презрением. — Зачем притащилась?
Я с трудом пыталась найти подходящие слова, стояла словно немая!
Ринат потерял терпение.
— Очевидно, ты просто так слюнями на меня покапать пришла, — процедил он. — В очередь вставай!
Любая другая на моем месте уже сбежала бы только после этой фразы.
Но я осталась стоять на месте.
Потому что на кону стояла не только моя гордость, но и жизнь ребенка, который мог появиться на свет.