На мгновение присматривается ко мне, будто обдумывает говорить, или нет.
— Что… Аяз ты не договариваешь?
Наконец кивает, решает продолжить:
— Она покушалась на жизнь и здоровье твоей матери.
— Что?! — взвиваюсь вся.
— Фатима столкнула Аглаю с лестницы.
Прикрываю на мгновение глаза, мне кажется, что я не дышу.
— Как… как такое могло произойти…
— Личные мотивы.
Прикусываю губу. Примерно понимаю почему и зачем вторая жена отца так поступила.
— А… моя сестра? Что будет с Каролиной?! Ты… накажешь ее?!
Когда вопрос этот задаю, чуть в обморок не падаю от напряжения. Замираю вся.
Но Аяз лишь улыбается.
До меня наконец доходит, что я имею дело с самым настоящим стратегом и великим правителем, когда шейх неожиданно подмигивает:
— Зачем мне наказывать твою сестру?
Обескураживает меня ответом, а я в его глаза смотрю. Такие проницательные. Глубокие. И замираю, ожидая ответа.
— Скажем так, Мелина. Я использовал ситуацию и развернул все наилучшим образом для государства.
— Аяз… ты… я не понимаю…
Отвечаю шейху, чувствуя себя самой настоящей глупышкой. Но Макадум лишь касается моей щеки, нежно поглаживает.
— Хороший правитель прежде, чем принять решение должен все взвесить и разобраться. Именно поэтому я не спешил к тебе, радость моя, был слишком горяч и давал себе остыть.
Киваю, осознаю слова Аяза.
— И сейчас, разыграв все фигуры на шахматной доске, я могу сказать, что благодаря тому, что твою сестру взял в жены Малик аль Ибрагим, а я провозгласил своей женой — тебя…
Делает многозначительную паузу, чтобы я поняла смысл сказанного шейхом.
— Сейчас мой род и род Малика стали родственниками, а эти узы священны. Многолетний конфликт на границе разрешен и теперь благодаря такой вот рокировке я решил давнюю проблему, которая словно рана не рубцевалась из-за периодически вспыхивающих стычек…
— Ты ужасный человек, Аяз… — отвечаю прижима ладонь к горлу, не знаю восхищаться ли умом этого хищника, или просто в агонию впасть от вида такого кукловода, который умеет выворачивать любую взрывоопасную ситуацию себе на пользу…
— Если бы не случилось этой ситуации, то можно было бы ее придумать, так как решился долголетний конфликт и ситуация, разрешилась, как принято выражаться в политике по типу: Вин — вин…
Прикусываю губу в шоке.
Аяз все продумал. Все! Переиграл! И сделал так, как выгодно ему!
Вероятно, весь мой шок, весь мой страх отражается на моем лице, потому что улыбка шейха становится какой-то плотоядной.
— Бойся меня, Джамиля… наклоняется и шепчет в мои губы, — бойся… мне нравится твой страх, крышу сносит от того, как в эту секунду я хочу тебя целовать брать, защищать…
— Ты сумасшедший…
— Есть немного эксцентричности, но это помогает. Меня нереально просчитать…Поверь для правителя это прекрасный навык…
Его пальцы медленно пробираются по моему бедру вверх и уверенно рвутся прямо к моему лону, в то время, как шейх наклоняется делая глубокий вдох, словно затягиваясь моим запахом.
Я прикрываю веки и прикусываю губу, чтобы не закричать, когда мой мужчина медленно притягивает к себе, заставляя оседлать свои бедра.
Я же смотрю на мужчину в безумном восхищении, потому что Аяз… в своей силе и жестокости, в своем изощренном уме правителя просто неотразим…
Сглатываю, когда длинные пальцы накрывают мою чувствительную грудь.
Шиплю от того, как током пробивает все позвонки.
— Как увидел тебя, Джамиля, крышей полетел. Захотел тебя с первой секунды, как в глаза твои заглянул… и не отпускает эта удавка, ты тянешь к себе с каждым мгновением все сильнее, и я хочу тебя… себе… навсегда… потому что моя…
Это слово Аяз произносит так просто, что я вздрагиваю и широко распахнутыми глазами в его глаза смотрю.
— Я однолюб, Джамиля и со мной не будет легко, но я… сделаю все, чтобы моя женщина была счастлива рядом со мной и подо мной…
Улыбается и делает кое-что пальцами такое, что я скулить начинаю. Мое тело буквально начинает изнывать от желания…
Вгоняю зубы в собственную губу сильнее, чтобы не закричать, бедрами делаю движения инстинктивное в страстном желании получить больше…
— А теперь я хочу услышать… услышать твое признание…
— К-какое признание? — словами давлюсь и непонимающе смотрю в лицо своего мужчины.
— Как ты любишь меня и все то, что я с тобой делаю, любимая моя… жена моя…
Вскидываю глаза на шейха и прикусываю губу. Читает вопрос в моих глазах.