— По сыну соскучился, так быстро растет.
— На тебя похожим становится. Копия.
Лью словесный бальзам на уши Фархаду. И мужчина доволен. Прямо распирает от гордости. Он прибавляет скорости, и я тут же пристегиваюсь. Папашка спешит к Мураду, мастерски обруливает тачки, что мешаются нам на пути. До седых волос водителей и моего зубного скрежета. Крепче сжимаю пальцами ремень. Алиев владеет ситуацией и по трассе гонит под двести. Картинка за стеклом авто смазывается.
— Я не хочу затягивать со свадьбой.
— Ты прав, не стоит дожидаться, пока Мурад пойдет в школу.
Я не рассчитываю на романтичное предложение. Выеживаться и просить букетики с конфетами нужно было после первого похода в клуб “САХАР”. Но кто же знал, что Фархад окажется таким “стрелком”? Одна ночь и сразу в цель. Все равно ни о чем не жалею. Мой сын — лучший подарок, который мог преподнести для меня Фархад.
Поглядываю на мужчину. Задумался. По его каменной физиономии сложно понять, о чем именно. Однако, на душе коты скребутся. Бессознательно. На горизонте показывается светлый каменный забор особняка Алиева. Сбавляем скорость. Паркуемся у ворот.
Глава 41
Фархад.
Слева от нас мы замечаем серебристый немецкий внедорожник. Мои родители решили пожаловать без приглашения. При других обстоятельствах посчитал вышесказанное за низость. Мои двери всегда были открыты для родственников без лишних звонков. Но не сейчас. Сейчас я напрягаюсь. Внутри кипят противоречия. Никогда бы не подумал, что смогу испытывать подобные чувства. Самые близкие люди что подарили мне жизнь ее же и отравляют. Заставляют принимать постыдные решения.
— Кошка, поприветствуй родителей и сразу поднимайся в комнату.
Спокойно говорю, глушу мотор. Виктория в моем пиджаке и без рубашки, кофточки. Он ей почти до колен и вырез не скрывает обнаженного декольте. Только мои глаза оно должно радовать.
— Без проблем.
Мудрая Кошка, как всегда, на моей стороне и понимает с одной фразы. Величественная госпожа с железным стержнем вместо души. За верность и ее доброту можно простить Виктории мелкие шалости. За эту женщину я готов уничтожить любого. Даже если в моих жилах течет его кровь.
— Запахнись туже, пожалуйста.
Подаю Виктории руку, хлопаю дверцей авто.
После беременности Вики, я и Евгений Росс успели обсудить детали по поводу нашего будущего. Разговор вышел архисложным. Но мы смогли прийти к общему консенсусу. Итог вы наблюдаете сейчас.
В тот же день распустил охрану в бессрочный отпуск. Угрозы нет, а посторонние люди в доме, где женщина с маленьким ребенком совершенно ни к чему. Считал прежде. Но теперь мне снова придется связываться с начальником охраны Захидом.
Я должен быть в курсе всего что происходит в этом доме в мое отсутствие. Я не могу быть постоянно рядом с Кошкой. Я хорошо знаю своего отца.
Автоматические врата распахиваются. Иду первым, Виктория прячется за моей спиной. С порога слышу смех матушки. Как ни крути, родители любят Мурада. В гостиной на диване сидит мама с внуком на руках. Улыбается, заигрывает. Рядом отец. Все такой же грозный и задумчивый. Две няньки выстроились подле. Виктория за спиной слишком часто дышит и порывается к сыну. Чтобы сдержаться, стягивает в кулаке мою рубашку. Идиллия размером в три секунды. Пока родственники не замечают нас.
— Здравствуйте! — Выглядывает из-за плеча Кошка. Исполняет просьбу, о которой говорил. — Я заберу сына? Соскучилась очень.
— Сначала помой руки.
Матушка. Испытывает терпение Вики на прочность. И я оборачиваюсь.
— Ступай в комнату. Дилара сейчас же принесет Мурада наверх.
Вика кивает и почти бегом спешит скрыться. Я вижу, как смотрит отец ей вслед. Бессознательно. На уровне инстинктов. Шайтан очернил его разум. Воздух в гостиной сгущается. Буквально пропитывается стыдом и яростью. Карим Рашидович внимательно оценивает, как скрывается за углом Кошка. Я уговариваю себя мысленно, что должен чтить родителей. Крепко сжимаю кулак за спиной. Голос матушки будто отрезвляет и заставляет очнуться:
— Фархад, я еще хочу побыть с внуком!
— Виктория его мать. Дилара, — киваю в сторону няньки, — отнеси Мурада в детскую.
— Сынок?
Матушка округляет глаза, но как покорная женщина не противится мужскому слову. Передает Мурада в руки няньки.
— А меня ты обнять не хочешь? М?
Улыбаюсь, развожу руки в стороны. Матушка охает, с трудом поднимается с дивана. Льнет к моей груди.
— Ты хромаешь. Что-то не так?
— Колени болят. Не молодушка.