Вместе с упавшими дронами упал и наш командный дух.
И только сферы зависли в воздухе в паре десятков метров над землёй широким полотном в сотню метров, не решаясь полететь куда-нибудь дальше.
— Я знаю, что ещё попробовать, — подала голос барышня, умеющая создавать собственных клонов. — Научилась делать копии не только себя, но и других существ. Могу сделать копии птиц и направить к сферам, чтобы направить их порталу.
— Давайте пробовать, — согласился Брендан, и я кивнул.
Пташки получились прекрасными, как живые. Их загнали в очередной разлом, открытый мной, и они появились в небе ровно в том же месте, откуда ранее выпали дроны.
— Далеко… — пожаловалась барышня. — Сложно контролировать.
И я прекрасно её понимал. Управлять чем-либо на большой дистанции не то же самое, что перед собой.
— Всё получится, — мягко прошептала Ляся. — Давай помогу.
Она встала сзади и положила руки на виски девушки, принявшись мягко массировать их, впиваясь пальцами в волосы.
— Сосредоточься и позволь Печати течь по телу, пусть она усиливается вместе с твоей концентрацией.
Это сработало, и пташки в небе начали спускаться ниже к сферам, разлетаясь в стороны, чтобы подманить их всех. Поначалу не было никакой реакции, но потом началось движение. Не такое, как было прежде с дронами. Более вялое, но уже без молний, выпущенных вверх.
Молнии-убийцы почуяли что-то, но пока не поняли что. Однако любопытство или голод манили их к копиям птичек. Некоторые поднимались, медленно преследую жертву, некоторые игнорировали.
— Не хватает сил, я скоро выдохнусь — пожаловалась девушка, но Ляся не дала ей раскиснуть. Теперь уже не пальцы касались висков, а ладони.
«Направленное движение», — опять всплыл голос учительницы.
— А попробуй сделать так, чтобы птички летали кругами.
— Зачем?
— Чтобы сферы в погоне сталкивались друг с другом, сливаясь друг с другом.
— Зачем? — теперь вопрос был окрашен нотками ужаса. — Они же станут сильнее.
— Но ими будет проще управлять.
— Я не уверена, что получится…
— Получится, — отрезала Ляся и опять усилила контроль девушки.
Птички начали парить кругами, спускаясь к сферам, но не давая себя поймать. Сферы сталкивались, и с каждым таким столкновением сотни искр вырывались из них фейерверками. Это было красиво, я даже на мгновение забыл, насколько всё это ужасно и смертоносно. Однако зрелище заворожило не только меня.
Плавный смертельный танец рождал на наших глазах существ, чьи силы превышали те, с которыми мы столкнулись ранее. Теперь не было права на ошибку. Нужно было обязательно заманить их в разлом.
По мере того, как число сфер сокращалось, а размеры их росли, можно было увидеть, как ребята приободряются, чувствуя надежду. Но при этом не мог не расти и их страх.
Однако обстановку разрядила Линн.
— Канто… ты всё-таки чокнутый, — сказала она, и я почувствовал, что поцелованная Луной мной гордится.
— Может, и так. Но помни, что только гении властвуют над Хаосом. И именно этим я сейчас и занимаюсь!
Глава 36
План работал, но мы рано обрадовались. Когда все энергосферы слились в десяток крупных шаров, жаждущих ещё большего количества энергии, птички рассыпались в воздухе, и девушка в руках Ляси обмякла.
Её сложно было винить, настолько сложные манипуляции на столь большом расстоянии она не проводила никогда и боролась до последнего, пока не обессилила.
— Эх… — жалобно простонала Руби, — совсем чуть-чуть не хватило.
А потом в её глазах загорелся нездоровый блеск, и она резко повернулась ко мне, вцепилась пальцами в ворот куртки.
— Канто! Я знаю, что ещё сделать! Ты сможешь?..
Дальше план она нашептала на ухо, я искоса поглядел на неё, не понимая, действительно ли она хочет это сделать или нет. И, может, есть более безопасные способы, заманить сферы в разлом.
— Давай! Я знаю, ты можешь, — сказала она и ослабила хватку отступая.
Я взмахнул рукой, прорезая материю мира энергией Хаоса.
Разлом вышел небольшим, рваным и от него веяло холодом.
«Так пахнут мёртвые миры…» — подумалось мне невзначай.
Руби же взмахнула рукой и отделила кисть с мягким приятным свечением по контуру. Ладонь вошла в разлом, и девушка произнесла:
— Я верю в тебя Канто! Действуй!
И я захлопнул разлом с нашей стороны, а ладонь Руби зависла над сферами, паря под разломом, в который мы собирались загнать всё это безобразие.