– Какое ты дерьмо, – пробурчал император и пнул неуклюжего лекаря. – Просто оставь эти лекарства здесь и убирайся отсюда.
– К-к-ак скажите, господин, – пролепетал лекарь.
– Доминус, могу ли я быть свободен? – Спросил наконец преторианец.
Эмилий посмотрел на преторианца. Глаза гвардейца бегали в разные стороны. Он то и дело уводил свой взгляд от императора. Он явно что-то скрывал.
– Я тебя раньше здесь не видел, откуда ты? – Спросил император с подозрением.
– А-апий меня назначил сюда, принцепс, – неуверенно ответил преторианец. На висках и челе прослеживались капли пота.
– Ты мне кажешься очень знакомым, но я не могу вспомнить, где я тебя видел. Мы никогда раньше не встречались?
– Никак нет, доминус, – ответил преторианец. – Моё лицо заурядное. Тысячи мужей имеют точно такие же.
– Ты прав, – осклабился император. – Только моя внешность бесподобна во всём Риме. Все вы сделаны словно под копирку – даже ведёте себя одинаково. Говорите одинаково. Скучные! Массовка в моём театре. – Заметив недоумение преторианца, император отпустил его, махнув рукой.
Выпив горькое лекарство, Эмилий снова лёг в постель, завернувшись в тёплое одеяло. Прикрыв глаза, он начал медленно засыпать. Перед внутренним взором появились образы. Вот и сон приходит. Во сне был преторианец – тот самый часовой. Он стоял над Эмилием, словно император. Эмилий хотел встать, но не смог. Он был привязан к полу. Снова заключение. Снова похитили? Антиох?
– Посмотри на себя, императоршка, кем ты стал. Разве самый могущественный в мире человек будет сидеть в собственном дерьме и быть настолько бессильным, что не способен даже увернуться от удара.
Преторианец отвесил Эмилию оплеуху. Эмилий открыл глаза и проснулся. Казалось, он и не спал вовсе. Но он вспомнил, кому принадлежал голос часового. Одному из похитителей, которые держали его в старой конюшне. Он был уверен, что это был он. Император доверял своим снам, они всегда говорили ему правду на интересовавшие его вопросы и никогда не подводили.
Но как такое может быть, если всех преступников Аппий убил во время допроса. Кроме Антиоха, конечно же. Неужели, Аппий солгал? А похитители – это есть преторианцы? Теперь понятно, откуда у них был доступ во дворец и как они сумели украсть императора.
Эмилий не смог спать. Он не на шутку был напуган. Что если Аристон говорил правду и Аппий предатель? Император снова накинул халат и вышел в коридор. Часовой снова спал. Эмилий решил найти Аппия и поговорить. На всякий случай, он прихватил с собой кинжал.
Проходя ночью по коридорам, Эмилий остановился, услышав голоса. Он спрятался за угол. Узнав впереди Аппия, рядом с которым стоял незнакомый человека в плаще, император медленно подкрался, чтобы лучше слышать их разговор.
– Ты идиот, Аппий, – говорил незнакомец. Лицо было скрыто под капюшоном. – Я поручил тебе такое простое дело, но ты не способен справиться даже с ним. Я не могу ждать. Дай сюда кинжал, и я сам убью императора.
Аппий схватил человека за руку и остановил.
– Не время, отец, – сказал Аппий. – Я избавился от нашей главной проблемы – от Аристона. Если ты убьёшь сейчас императора все подозрения упадут на меня. Император болен – я позабочусь о том, чтобы лекари подсыпали в его лекарства дозу яда. Через несколько дней – он сам откинет ноги, не сомневайся.
Незнакомец неожиданно снял капюшон, обнажив лицо. Это был Адриан. Император прикрыл рот рукой, чтобы не вскрикнуть от изумления. Но он не спешил выходить и продолжал следить.
– Ты думаешь, этот сопляк Аристон ни о чём не догадается? – Спросил Адриан. – Да он как только прознает про болезнь своего любовника, тут же прибежит сюда и будет денно и нощно сидеть подле императора вместо сиделки. Он приведёт сюда своего грека – Фемисткла, который сделает всё только хуже. Я говорил тебе, что нужно было убить этого щенка ещё там, на площади, но ты болван – оставил его в живых. Ты слаб!
– Я попал в него из лука отравленной стрелой – я не понимаю, как он остался жив. Этот эллин поклоняется Тартару – с ним не нужно связываться. Пусть живёт. К тому же – они в ссоре с императором, что нам на руку.
– Пф, в ссоре, – Адриан рассмеялся. – Когда я стану императором, я назначу тебя шутом, потому что с твоими шутками только им и быть.
«Императором? Ну уж нет!»
Эмилий наконец вышел из-за угла. Но не успел он подойти, как Аппий обнажил меч и вонзил его в тело Адриана. Император замер на месте.
– Это Адриан! – Произнёс Эмилий, пятясь назад в ужасе. – А ты, ты его сын, х-хотели меня с престола.?
У императора дрожали губы, а ноги становились ватными.
Аппий отбросил ногой безжизненное тело отца и начал подходить в сторону императора.