Аристон пропустил её слова мимо ушей и обратился к Квинту.
– В чём дело?
– Я нашёл госпожу здесь, в комнате Анастасии, – начал объяснять Квинт. – Мне показалось, что домна хотела убить ребёнка.
– Я всего лишь хотела поиграть с девочкой, – отговаривалась Урсула. – Я хотела узнать, каково это – иметь детей.
Урсула демонстративно погладила свой круглый живот и улыбнулась.
– Я слышал, как ты допрашивал её, – тихо произнёс Аристон, обращаясь к центуриону.
– Сам подумай, – сказал Квинт, – пока госпожа находилась в ссылке всё было хорошо. Но вот она появляется и БАМ! Неожиданно исчезает его августейшество. Тебе не кажется это странным?..
– Ну вот, опять вы вините во всех человеческих бедах меня, – посетовала Урсула, наигранно вытирая слёзы платком. – Я тоже переживаю за моего пупсика и денно и нощно молюсь за его здоровье. Поверьте, мне, я здесь не причём. Я изменилась, я другая. Той Урсулы более нет, и я прошу прощения у каждого из вас, простите меня!
Женщина упала на колени и начала плакать. Аристон невольно сопереживал ей. Такая речь его растрогала, и он даже хотел простить её, но Квинт ему помешал. Сзади появившееся стражники увели по приказу центуриона Урсулу обратно в её покои. В комнату вошла сиделка и начала успокаивать ребёнка.
Аристон и Квинт покинули комнату. Центурион был настолько зол на Урсулу, что был готов убить её. От его гнева пострадали охранники, которые были приставлены в услужение Урсулы. По всей видимости, они не впускали центуриона, поэтому он решил от них избавиться. Было видно, что центурион затаил обиду на Урсулу. Эта женщина явно сделала ему больно.
Воистину. Это было давным-давно, когда Аристона не было ещё и в помине. Император Эмилий был молодым юношей, а Урсула прекрасной красавицей и супругой августа. Квинт уже тогда был примипилом-центурионом и служил во дворце, управляя преторианцами. Он также был молод и красив.
Разумеется, Урсула была настолько красивой и обаятельной, что могла совратить любого. Тогда Квинт и влюбился в неё. Некоторое время он пытался скрыть свои чувства и избегал госпожу. Но однажды, они встретились в саду. Она смотрела на него и улыбалась. Квинт сильно покраснел и хотел уйти, но то, что Урсула сказала ему – потрясло его.
– «Ты мне тоже нравишься, центурион».
Урсула привстала на цыпочки и подарила обескураженному центуриону робкий поцелуй, который он запомнил на всю свою жизнь. После этого поцелуя, молодые люди стали втайне встречаться и предаваться любовным утехам. Урсула клялась, что любит его, а брак между императором всего лишь формальность и преследовал государственные цели. Квинт просил Урсулу сбежать вместе с ним и жить, как муж и жена, бросив Рим и императора. И Урсула тогда согласилась на это.
Однако, ночью, когда любовники договорились о встрече, Квинт долго ждал свою возлюбленную. И вот, когда он наконец увидел её в ночной тьме, она была не одна. Рядом с ней шли преторианцы и император. Урсула оклеветала центуриона, сказав императору, что Квинт насиловал её и угрожал, если та расскажет обо всём своему супругу. На глазах её блестели слёзы. Урсула долго репетировала это представление. Разумеется, император тогда поверил ей.
И несколько лет Квинт находился в опале у императора. Он был сослан в провинциальный легион в звании легионера. Но через три года, Эмилий наконец простил своего старого друга и вернул его во дворец. С тех пор, Квинт ненавидел Урсулу и искренне желал ей смерти за то, что она с ним сделала. Он как никто другой знал, на что эта женщина была способна.
От безысходности, Аристон снова уверовал в богов. Он прогулялся ранним утром по огромной площади, внутри дворца, в середине которой находилась статуя Аполлона и решил посетить храм Божественного Августа. Ему было стыдно заходить сюда спустя такое длительное время. Невзирая на то, что живёт Аристон во дворце весьма длительный срок, он ещё ни разу не осматривал весь холм, на котором находились храмы и иные прекрасные сооружения. Единственным его и излюбленным местом был сад-перестиль, разумеется в разы больше, чем был в доме его отца на Кифере. Но на удивление, император тоже любил это место. Именно в саду царил покой и безмятежность.
Остановившись напротив алтаря, Аристон сел на колени и начал отчаянно молиться. Причём молился он как греческим, так и римским богам вкупе.
Он молился так долго, что не заметил, как быстро минуло время и наступил вечер. Аристон, казалось, молился бы всю ночь, если не приход Аппия Кезона.
– Боги услышали твои молитвы, – сказал Аппий. Его голос отразился о стены храма.
Аристон очнулся и понял, как сильно затекли его колени. Он не мог встать, вместо этого он повернул голову в сторону Аппия.