– Вы нашли их, капитан? – спросил Траун, когда Пеллаэон, наконец, добрался до его кресла. Пеллаэон вытянулся.
– Боюсь, что нет, сэр, – нарочито бодрым голосом отрапортовал он. – Мы надеялись, что с наступлением темноты мы сможем воспользоваться инфракрасными датчиками. Но, как оказалось, очень мешают деревья.
Траун кивнул:
– А что о том сигнале, который мы поймали сразу после захода солнца?
– Мы проверили. Он действительно был из района аварии, – сообщил Пеллаэон. – Но, к сожалению, передача была слишком короткой, мы не успели запеленговать место. К тому же – очень странный код. Дешифровщик предполагает, что это может быть особый шифр. Они пока еще работают над ним.
– Попробуйте все известные нам шифры повстанцев.
– Да, сэр.
Траун задумчиво кивнул:
– Похоже, мы зашли в тупик, капитан. По крайней мере, мы знаем, что они находятся в лесу. Вы просчитали возможные маршруты?
– У них единственный маршрут, – ответил Пеллаэон, удивляясь, почему вокруг этого поднялась такая суета. – Они направляются в Хиллиард, единственный населенный пункт в радиусе нескольких сотен километров. С их небогатым снаряжением – это единственный выход.
– Отлично, – кивнул Траун. – Я хочу, чтобы вы направили туда три команды штурмовиков и установили пост наблюдения. Пусть они отправятся туда немедленно.
– Штурмовиков, сэр? – переспросил Пеллаэон.
– Штурмовиков, – повторил Траун, рассматривая одну из своих скульптур. – И еще усильте их кем-нибудь на ваше усмотрение.
– Так точно, сэр, – неуверенно отозвался Пеллаэон. Привлекать штурмовиков для разборки между контрабандистами...
– Каррде солгал нам, капитан, – продолжил Траун, как будто прочитав мысли Пеллаэона. – Что бы ни произошло этим утром, это не было обычным преследованием обычного вора. Я хочу узнать, что же действительно там случилось.
– Я не совсем понимаю вас, сэр.
– Это элементарно, капитан, – отозвался адмирал, тем тоном, которым обычно объяснял очевидные факты: – За время погони пилот корабля-преследователя ни разу не связался с базой. Никто с базы также не связывался с ним. Мы знаем это точно, так как засекли все возможные передачи. Никаких рапортов, никаких просьб о помощи – полная тишина, – он обернулся на Пеллаэона. – Что вы на это скажете?
– Что бы это ни было, – медленно начал Пеллаэон, – они не хотели, чтобы нам стало об этом известно. Кроме того, – он покачал головой. – Не знаю, сэр... У них может быть много тайн от чужих глаз и ушей, все-таки они контрабандисты.
– Согласен, – глаза Трауна полыхнули. – Но если принять во внимание тот факт, что Каррде отказался нам помочь в поисках Скайуокера и то, что утром он предположил, что поиск уже закончен?.. – он вопросительно посмотрел на Пеллаэона. – О чем это может говорить, капитан?
Пеллаэон почувствовал, что у него от удивления отвисла челюсть:
– Вы хотите сказать, что это был Скайуокер?
– Интересное соображение, не правда ли? – согласился Траун. – Стоит им заняться.
– Да, сэр, – Пеллаэон взглянул на хронометр, быстро что-то прикидывая. – Если мы задержимся здесь на день-другой, нам придется отложить нашу атаку на Слуис Ван.
– Мы не станем ничего откладывать, – многозначительно произнес Траун. – Наша победоносная кампания начнется оттуда, и я не собираюсь ничего никуда переносить. Ни ради Скайуокера, ни ради кого-то другого. – Он кивнул на меняющиеся и пульсирующие скульптуры. – Искусство слуисси является прекрасным образцом цикличности, я хочу попробовать этот режим. Мы отправляемся к месту сбора с «Неумолимым». Начинайте проверку всех защитных полей. Думаю, трех отделений будет достаточно, чтобы захватить Скайуокера, если он действительно здесь, – сверкая глазами, продолжал Траун, – и Каррде, если тот вел двойную игру.
Последние клочки темнеющей синевы исчезли, прорехи в лесной кроне слились с абсолютной тьмой ночного неба. Мара убрала свет до минимума, поставила фонарь на землю и опустилась рядом с поваленным деревом. Поврежденная при крушении лодыжка опять разболелась, хорошо, что некоторое время на нее не придется наступать.
Скайуокер уже растянулся на земле в паре шагов от фонаря, подложив под голову свернутую тунику, а верный астродроид встал на страже. Интересно,безучастно подумала Мара, догадался ли он о моих растянутых связках?Потом прогнала назойливую мысль. Ей доставалось куда крепче, и никто ничего не знал.
– Напоминает Эндор, – негромко сказал Скайуокер, пока Мара пристраивала в досягаемости бластер и фонарь. – Ночью в лесу всегда так много звуков. Много жизни.
– Много, да, – хмыкнула Мара. – Тут много ночных хищников. Включая ворнскров.
– Странно, – пробормотал Скайуокер. – А любимцы Каррде довольно бодро чувствуют себя днем.
Надо же, заметил! Мара посмотрела на спутника.
– Они и в диком виде делают небольшую поправку в распорядке дня. Я называю их ночными, потому что охотятся они в основном по ночам.
Скайуокер о чем-то задумался.
– Может быть, тогда нам лучше идти ночью, – предложил он в конце концов. – Все равно они будут на нас охотиться, а так мы не будем спать и сможем что-нибудь сделать.
Мара качнула головой:
– Не стоит того. Если не будем видеть, что у нас под носом, то заблудимся. Кроме того, тут много полян...
– И если мы выйдем на них с фонарем в руках, нас легко обнаружат с орбиты, – продолжил Скайуокер. – Смысл понят. Ты много знаешь об этих местах.
– Чтобы узнать лес, не обязательно летать на разведку, – рыкнула Мара. Но он был прав, пришлось признать это.
Мара прислонилась к покрытому жесткой шероховатой корой стволу. Знать свою территорию – первое правило, которое вдолбили ей в голову... и первое, что она сделала после того, как вошла на полных правах в организацию Каррде. Она изучила все данные аэросъемки – леса и прилегающих территорий. Она предпринимала длительные прогулки как днем, так и ночью, знакомясь с запахами и звуками. Она выследила и убила нескольких ворнскров и других хищников, чтобы научиться с ними справляться быстро и чисто. Она даже уговорила людей Каррде провести биологические опыты на местных растениях, чтобы узнать, съедобны они или нет. Вне границ леса Мара разузнала все, что смогла, о местной политике, поселенцах и в разных местах спрятала деньги.