- Здравствуйте, гинн Аусверри, - Дэн отвел взгляд. – Почему – герой?
- Ты спас жизнь нескольких магов, в том числе мою. А может, и нескольких десятков. То, что ты сделал… Такое не под силу никому. Но, знаешь, это не дает тебе права вмешиваться в мою личную жизнь.
- Гинна Тэссена пожаловалась на меня? – спросил Дэн.
- Нет, - Аусверри вздохнул. – Мы просто поговорили, и она призналась, что этот разговор состоялся благодаря тебе.
- Вы поссорились? – Дэн встревожился.
Он был чересчур резок с Тэссеной, и девушка вполне могла решить, что Дэн озвучивает мнение самого Аусверри. Парень не хотел становиться причиной ссоры этих двоих.
- Нет, что ты, - успокоил его учитель. – Но меня несколько шокирует, что личную жизнь мне устраивает мальчишка.
- У которого своей личной жизни нет и не будет? – слабо усмехнулся Дэн.
Аусверри отвел взгляд.
- Не будь так категоричен, в жизни всякое случается, - ободрение прозвучало не слишком уверенно.
- Да на меня теперь вообще никто не посмотрит, - пробормотал Дэн в ответ.
- Почему это? – Аусверри удивился.
- Шрамы, - коротко пояснил он.
- Не беспокойся, они сойдут, - улыбнулся учитель. – Тэсси - прекрасный лекарь.
Дэну полегчало. Ему хватало шрамов на руках, и обзаводиться новыми он точно не хотел. Пусть даже на личную его жизнь это никакого влияния оказать не могло.
Переключатель в его Ограничителе поставил на этой возможности жирный крест.
Но избавление от шрамов все равно было хорошей новостью.
- Это радует, - он улыбнулся тоже.
- Но еще пару дней тебе придется полежать тут. К сожалению, это все, что можно для тебя сделать.
- А… разве еще что-то нужно? – он изумился.
- Дейн, ты – герой. Спасение жизней заслуживает награды, но твой статус… к тому же лишнее внимание может спровоцировать общественное недовольство, а ты, кажется, против этого.
- А, вы об этом, - Дэн расслабился. – Ничего страшного, мне награда не нужна. Главное, чтобы не наказали.
- Ты… настолько дурного мнения о нашем обществе? – Аусверри выглядел изумленным.
- Почему – дурного? Меня здесь не любят. Так что… придраться ко всему можно, было бы желание. А у магов оно есть.
- Дейн, - потрясенно протянул маг. – Есть ведь элементарная порядочность. Так-то ты не обязан был спасать нас. И наказывать тебя за это – черная неблагодарность. Маги… не такие. Мы ценим жизнь. И тех, кто способен ее спасать.
- А кто запустил волну? – Дэн понимал, что не все маги одинаковы, но в благородство большинства не верил, а потому сменил тему.
Заодно напомнив Аусверри, что якобы ценящие жизнь маги без раздумий едва не уничтожили гимназию с детьми.
- Пока не выяснили, - признался тот.
- Для чего это было сделано? Напугать? Или кто-то хотел действительно уничтожить гимназию?
- Едва ли просто напугать, - Аусверри нахмурился. – Без жертв бы не обошлось. Волна создала помехи связи, к нам бы не успели прийти на помощь вовремя. Гинн Наиде собрал самых сильных преподавателей, чтобы задержать волну. Мы бы погибли.
- Но тогда имя преступника стало бы известно? – Дэн нахмурился. – Кто стал бы так рисковать?
- Никакого риска, - возразил учитель. – Волна – единственное заклинание, которое убивает без создания отголосков. Но она очень опасна и не убивает целенаправленно. Поэтому волны не используют повсеместно.
- Потому что ценят жизнь? – Дэн хмыкнул.
- Зря смеешься. Даже врага не станут убивать, если это создаст угрозу невинным жизням. Поэтому против исчадья так ополчились – он выпустил волну на магов, которые ничем ему не угрожали. Сотни погибших, бессмысленная жестокость…
Дэн недоверчиво взглянул на Аусверри:
- Мой отец без причины использовал волну против л… э… магов?
- Да. После этого его и стали называть исчадьем. Тогда никто не сумел сбежать от заклинания. Несколько сотен убитых единомоментно.
- Никто не выжил?
- Никто.
- А откуда тогда известно, что это сделал он? – нахмурился Дэн.
Аусверри взглянул на него удивленно:
- В смысле?