Не веря своим глазам я бросилась к нему – и обняла, не в силах справиться с той бурей чувств, которую всколыхнуло его появление. Радость, благодарность, беспокойство, облегчение – все сплелось в тугой клубок эмоций, едва не выплеснувшихся слезами. К счастью, рядом была Эльза, и ее голос немного привел меня в чувство.
Я даже нашла в себе силы разжать объятья, хотя на короткий миг мне показалось – стоит опустить его, и Дейнар просто исчезнет…
Но он остался, стоял, почему-то смущенный, и отвечал на вопросы коротко и настороженно.
Не только на наши с Эльзой вопросы. Остальным тоже было интересно, как ему удалось остановить волну и зачем он вообще так рисковал. Все словно забыли, что он осужденный, и смотрели с любопытством – и восхищением.
Потому что то, что он сделал, не могло не восхищать. И только Рэйч глядел на него волком, но его нелепая попытка во всем обвинить Дейнара не встретила в группе поддержки. Может, к Рэйчу бы и прислушались, не будь Суотерри тем, кто остановил волну.
А вот сам герой предпочитал отсиживаться в своем уголке, вовсе не стараясь пожинать плоды подвига. Скромный…
В гимназии снова рыскали законники, пытаясь обнаружить злоумышленника, а наша жизнь постепенно входила в привычную колею. Пока перед самыми каникулами не произошло очередное потрясение.
А началось все с того, что Олли пригласил Дейнара играть в оркестре. Причем сделал это совершенно демонстративно, чуть ли не силой уведя за собой на репетицию. Конечно, Рэйч был в ярости. И ничуть этого не скрывал, в голос клеймя Олли предателем. Мрачный Крейн поддакивал рядом. Сколько их знаю – эти трое всегда были вместе, и их ссора стала чем-то из ряда вон выходящим.
А потом Рэйча арестовали ни много ни мало – за создание волны, едва не погубившей нас с Эльзой. И гимназию заодно.
Это просто не укладывалось в голове. Зачем он это сделал? Да, Рэйч никогда не был примерным мальчиком, и однажды я видела, как он собирался убить мага, но… как он мог быть настолько жесток? И почему этой жестокости за ним никто прежде не замечал?
Но самое странное, что огласке это не предали.
В связи с другими происшествиями волну в гимназии освещали весьма широко, хотя о Суотерри так никто и не упомянул. По официальной версии, с волной удалось справиться героическими усилиями магов гимназии. Об истинном герое так никто и не узнал. Как и о виновнике. И это показалось мне странным, ведь на суде имя Традерри все равно прозвучит.
- Сомневаюсь, что дойдет до суда, - пожала плечами в ответ на мои сомнения Эльза. – Его же собрались лечить. Потом – обучение, а там все забудется. Традерри от прошлого-то скандала еще не оправились, куда им еще один?
- Какого скандала? – не поняла я.
- Эвви, - с укоризной посмотрела на меня подруга. – Тот скандал, шесть лет назад. Когда мать забрала Рэйча у отца, после того, как тот чуть его не искалечил. Не помнишь?
- Нет, - я нахмурилась, пытаясь припомнить.
- Рэйч тогда после каникул еще месяц не появлялся в школе. А когда вернулся – его как подменили! Он же до десяти лет лучшим учеником в классе был. Во всем – вне конкуренции. А в тот раз его Тай обошел. И за это отец Рэйча чуть не убил. Говорили, гинне Традерри пришлось бежать с сыном чуть не в неглиже, потом был развод, скандал, долгое лечение. А когда Рэйч вернулся в школу, он на учебу наплевал. И не только на учебу.
К своему стыду, я действительно не помнила этот эпизод. Рэйч никогда меня особо не интересовал, он просто был, и за перипетиями его жизни я не следила. Но, если парень действительно рос в тени тирана-отца, требовавшего от него совершенства во всем, не удивительно, что у Рэйча проблемы с психикой.
Мне даже стало его жаль, несмотря на то, что мы с Эльзой едва из-за него не погибли. Возможно, лечение действительно ему поможет. Мне не хотелось верить, что Рэйчад безнадежен.
Еще одним потрясением стал медный браслет на запястье Крейна. И парень упрямо молчал о причинах его появления. Даже Эльзе не удалось выяснить, в чем он провинился. И его можно понять – кому хочется признаваться в своих проступках?