Терпения ему всегда было не занимать.
Дэна обнаружили на крыльце детдома, примерно годовалого, хорошо одетого, с запиской, в которой значилось только имя. Камеры наблюдения в тот день сбоили, поэтому кто его оставил, никто не видел. Органы правопорядка тоже не помогли, выяснить, откуда взялся Дэн, им не удалось. О его пропаже никто не заявлял, поэтому неожиданного подкидыша просто оформили, как очередного обитателя детдома.
Конечно, Дэн иногда позволял себе фантазировать о собственном происхождении, но особо этим не увлекался. Если бы его искали – давно бы нашли, а раз не нашли, значит, некому. И поэтому, кем бы он ни был, значения это не имело никакого.
Пустым фантазером Дэн не являлся, в детском доме довольно быстро учатся смотреть на мир прагматично. Но в собственный день рождения – хотя бы такой – почему бы и не помечтать? Особенно, если выдалась возможность побыть в одиночестве.
В его детдоме шли навстречу воспитанникам, давая им маленькие поблажки на праздники. Например, возможность провести этот день так, как захочется. Дэну хотелось одиночества, с этим в детдоме всегда было сложно. И директриса, немного поколебавшись, отпустила его гулять одного. Не зря он всю жизнь работал над своей репутацией.
Выданных в качестве подарка денег хватило на билет в кино и обед в кафе. Но большую часть дня Дэн просто гулял по зимнему парку, наслаждаясь одиночеством и предаваясь мечтам о семье, которой у него нет и не было. Он думал, что было бы здорово найти родственников…
И очень при этом ошибался.
Дэн уже возвращался в детдом, когда ему преградил дорогу крупный немолодой мужчина в дорогом пальто.
- Денис Сухов? – осведомился незнакомец.
Дэн насторожился. На полицию не похоже, но кому еще он мог понадобиться? В органах опеки прознали, что несовершеннолетний воспитанник детдома разгуливает по улицам без присмотра? Но для рядового госслужащего тип слишком стильно одет.
- Допустим, - осторожно согласился парень. – А в чем дело?
- Я – твой дядя. Иди за мной.
У Дэна глаза на лоб полезли. Дядя? Вот так, к нему на улице подошел незнакомец и признал в нем родственника? Интересно, за кого принял его так называемый дядя, если счел, что Дэн без вопросов послушается и побежит следом?
Может, это и сработало бы, будь Дэн лет на десять младше. Но в свои шестнадцать наивным парень не был.
- Ага, сейчас, все брошу, - пробубнил он и ускорил шаг, продолжая прерванный путь.
- Эй! – в голосе незнакомца послышалось раздражение. – Я сказал, следуй за мной!
- Извините, но мне в другую сторону, - откликнулся Дэн, даже не обернувшись.
Странная встреча ничуть его не обрадовала, даже наоборот, вызвала вполне объяснимую тревогу. Ничего хорошего от незнакомого мужчины, приставшего на улице, и при этом где-то узнавшего его имя, ждать не приходилось. Должно быть, этому типу показалась блестящей мысль поманить детдомовца родством, а потом… на органы продать, например. Или в бордель. Или еще что-то столь же мерзкое.
Для хорошего использовали бы официальные пути, а не вот это вот.
- Ты что, не понял? – Дэна схватили за руку. – Я твой дядя, и мы едем домой!
- Слушайте, я вас знать не знаю и что-то не вижу никакой бумаги, заверяющей степень нашего родства. Так что я с вами никуда не поеду.
Дэн вырвался из хватки и поспешил прочь. Какое-то наитие заставило его обернуться – и он увидел, как пальцы незнакомца наливаются синим сиянием в ответ на беззвучный шепот мужчины.
В этот момент Дэн по-настоящему испугался. Сияние выглядело противоестественным, а потому опасным. Не дожидаясь, что будет дальше, Дэн припустил со всех ног.
"Дядя" что-то крикнул ему вслед, но Дэн не прислушивался. Его гнала вперед, к безопасности, дикая паника, потому что одно дело – видеть подобное в кино, и совсем другое – вживую. Кем был этот дядька? Экстрасенсом каким-нибудь? Инопланетянином? Дэн больше не хотел сталкиваться с чем-то подобным. Как и думать, что тот – его возможный родственник.
Не хватало только оказаться мутантом каким-то.
Бьющую его дрожь по возвращении в знакомые стены детдома Дэн объяснил февральским морозом, и сам себе запретил думать о странной встрече. Он надеялся, что это была лишь досадная случайность, и о непонятном "дяде" он больше не услышит.