Пока не способен.
Как долго можно оставаться справедливым, если с тобой обошлись дурно? Сколько можно терпеть боль и не ожесточиться? Если испытания слишком суровы, можно ли не сломаться?
У меня не было ответов на эти вопросы. Но я твердо решила, что поддержу Дейнара, насколько смогу.
Пусть любви у нас не получится, но я готова принять и дружбу.
14. Ардин Аусверри
Я очень не хотел рассказывать Тэсси о Дейнаре, прекрасно представляя, чем это закончится. Но она вылечила его, увидела – и скрывать что-то дальше я уже не мог.
Мы расположились в моем кабинете, и взгляд моей невесты ничего хорошего не предвещал.
- Его зовут Дейнар Суотерри, - вздохнул я. – Совет приговорил его к полному Ограничителю за его фамилию. И сюда его определили после первого всплеска.
Тэсси нахмурилась и немного помолчала.
- После первого всплеска, - повторила она. – Совет позволил нанести Ограничитель необученному магу? За то, кем был его отец?
- Да, - подтвердил я.
- И других преступлений за ним нет?
- Скорее всего.
- Ардин. У тебя уже три месяца учится необученный маг с полным Ограничителем, осужденный фактически ни за что, а ты мне ни слова не сказал?! Ты понимаешь, что это значит? Понимаешь, что натворил совет?!
- Прекрасно понимаю! – перебил я возмущенную девушку. – Вот именно поэтому. Совет нарушил закон. И Дейнар – наглядное тому доказательство. Он станет знаменем в руках противников совета. И с этим знаменем они начнут войну.
Тэсси сдвинула брови:
- По-твоему, лучше сидеть, поджав хвост, и позволять совету творить бесчинства? Они сломали жизнь мальчишке, который еще ничего не сделал! Я уже молчу о тех, кто выступал против них.
- Тэсси, война пятнадцать лет как закончилась, и начинать новую…
- Ардин! Война уже идет! Пока мы мнемся и ищем подходящий повод, чтобы свергнуть совет, нас давят поодиночке! Пятнадцать лет назад все маги были равны, а сейчас – одно слово недовольства в сторону совета, и ты получаешь серебряный браслет и понижение в правах! Еженедельные отметки у стражей, разрешение на перемещение в другую провинцию, ограничение доходов, запрет на высшее образование! И для всех это практически норма, хотя прошло-то полтора десятка лет. А дальше что? Спецпоселение? Рабский труд? Полный Ограничитель без суда и следствия? Если ничего не сделать…
- Война унесет сотни невинных жизней, - слабо возразил я.
- А диктатура совета – тысячи. Ты хочешь жить в мире, где твоя жизнь и свобода зависят от прихоти девятнадцати магов, ошалевших от вседозволенности? Мы не должны этого допустить, понимаешь?
Конечно, я понимал. Лишившись расположения отца, я на многое успел насмотреться. Род Аусверри был близок одному из членов совета, мы считались лояльными и потому никаких проблем просто не замечали. Ведь это были чужие проблемы.
Но оставшись без поддержки семьи, я на себе испытал, каково это – закрытые двери перед бесполезными совету членами общества. Тэссена сталкивалась с этим практически всю жизнь, поэтому столь яро выступала против совета. Хотя на ее протест закрывали глаза, потому что она являлась талантливым целителем.
При желании Тэссена могла легко избавиться от браслета и получить все привилегии. Но такое было совсем не в ее характере. Моя Тэсси не выносила несправедливость.
- Дейнар, он… - предпринял я последнюю попытку. – Этот мальчик совсем не похож на других магов своего возраста. Его не получится использовать втемную. И у него свои представления о том, что правильно, а что нет.
- Судя по тому, что он остановил волну, спасая двух девочек, он не плохой парень.
- Отличный, - признал я. – Но ему и так досталось. Не надо втягивать его в политику.
- Ардин, обещаю, я никому о нем не расскажу, пока сама с ним не поговорю. Но я буду просить его помочь.
Я кивнул. Большего требовать я не мог.
Разумеется, откладывать в долгий ящик разговор с Дейнаром она не собиралась. И через два дня сообщила мне с каким-то озадаченным видом:
- Дейнар пришел в себя.