- А это тебе, - вмешалась Тэсси, протягивая мальчишке пару браслетов и перстень.
Он удивленно взглянул на украшения:
- А… мне?
В его интонациях так и слышался вопрос, зачем, но парень тактично его избежал, не желая обидеть дарительницу. Тэсси это тоже заметила и улыбнулась:
- Это мажистики. Настоящее серебро, сюда легко поместятся два-три десятка заклинаний.
Брови Дейнара поползли наверх, и как-то сразу стало видно, что он – еще совсем ребенок, несмотря на весь свой бандитский вид.
- Боюсь, мне нечем за них заплатить… - пробормотал он, с сожалением разглядывая украшения.
Тэсси улыбнулась и вложила мажистики в его руку:
- Это подарок. Не беспокойся об оплате, Дейн.
- Спасибо… - мальчик был явно тронут этим широким жестом.
Мимолетно я подумал о небольшой дыре, которую оставили в нашем бюджете эти побрякушки, и забыл об этом. Тратиться на Дейнара было приятно. Он не считал, что окружающие ему что-то должны, и его благодарность всегда звучала искренне.
- Дейн, - неуверенно начала Тэсси. – Послушай. Я не много знаю, но, если у тебя есть вопросы об отце, я могу попробовать на них ответить.
- Правда? – он обрадовался. – Это было бы здорово! Располагайтесь.
Мы расселись на свободные места, и Дейнар выпалил:
- Чего на самом деле добивался мой отец?
Я удивился такому вопросу. Мотивы Исчадья давно известны, и Дейнар о них знает не хуже других.
- А почему ты думаешь, что он добивался чего-то еще? – не удержался я от вопроса.
- Потому что это очевидно, - пожал он плечами. – Какая еще власть нужна первому министру? И зачем уничтожать мир, в котором у него есть семья? А у безумца не было бы сторонников.
Эти аргументы я уже от него слышал, но не счел объективными. Не на пустом же месте взялись такие слухи, а жажда власти у мага может принять самые извращенные формы. Но Тэсси только кивнула:
- Все это было придумано советом уже после гибели Суотерри. А конфликт между советом и министерством начался из-за того, что Суотерри хотел вернуть магов в большой мир.
- Зачем? - осведомился Дейнар.
- Он полагал, что Провинции для нас – тупик. Здесь опасно заклинать, нельзя экспериментировать и наша численность неуклонно сокращается. Суотерри полагал, что эти проблемы решит возвращение в большой мир. Он считал, что люди и маги уже могут договориться.
- Это… разумно, - заметил Дейн. – Почему это не понравилось совету?
- Здесь начинаются сложности. Он представил свой проект на обсуждение, а затем началась демонстрация магов. Сотни красных и оранжевых магов вышли на площадь перед министерством с некими требованиями. Все погибли, министерство с Суотерри и всеми его сотрудниками оказалось запечатанным, первого министра объявили убийцей и безумцем. А затем министерство и все, кто внутри, было уничтожено. Как заявляет Вердериан – твоим отцом. Вот только обвинения выдвигал совет в условиях, когда Суотерри не мог ни подтвердить их, ни опровергнуть. На министерство несколько раз совершали нападения в надежде выкурить из него осажденных. Так же считается, что несколько нападений на магов совершили из министерства.
- Считается? – я вмешался. – Тэсси, там война была, конечно, они нападали!
- Были убиты маги, да. Но нападавших никто не видел. И из-за войны списали это на Суотерри. Вот только почему-то от этих якобы вылазок страдали в основном те, кто ставил под сомнение обвинения совета, - возразила Тэсси. – Довольно странно убивать потенциальных союзников, ты так не считаешь?
Я не знал, что ответить. Я помнил ту атмосферу страха, что царила тогда среди магов. Пособники Суотерри могли появиться внезапно, в любом месте и нанести удар, отразить который никто не успевал. Отголоски возникали хаотично, имена и внешности смешивались, разобрать их даже не пытались, многие гибли от нападений отголосков… страх и хаос – тогда едва ли кто задумывался о странностях.
Но если подумать – Тэсси права.
- Какие требования выдвигали на демонстрации? – вопрос Дейнара прозвучал неожиданно.