- Насколько мне известно, чтобы стать королем, нужно пройти суровое испытание, - заметил гинн Наиде.
- Корона признала меня достойным, - хмуро откликнулся Дэн и поморщился: - Послушайте, первый приказ – это не мой выбор. Я лишь озвучил новый договор с магией. Так что не надо смотреть на меня осуждающе. И я еще не король. Для этого моего уровня магии недостаточно. Да и навыков тоже. До короля мне еще учиться и учиться.
- Дейнар… а какой у тебя уровень? – неожиданно спросил его отец.
- Черный, - удивленно ответил Дэн.
Он почему-то думал, что отец в курсе.
- Черный? Почему ты не сказал?!
- Я бы ответил – потому что ты не спрашивал, если бы мы вообще разговаривали! – его задело возмущение в тоне отца.
Тамион, словно ища поддержки, посмотрел на двух других мужчин. И гинн Наиде, кашлянув, вдруг позвал:
- Гинн Аусверри, на минуточку тебя можно?
И тот охотно покинул кабинет, оставив отца и сына Суотерри разбираться в отношениях.
Дэн мрачно подумал, что не будь его отец министром, их обоих бы просто выставили из кабинета. Хотя… теперь-то Дэн не осужденный, а избранник короны. Так что может и не выставили бы. Выяснять отношения он не хотел и уже пожалел о вырвавшихся словах.
- Дейнар, - начал Тамион, обнаружив, что поддержки не будет. – Послушай… я понимаю, что показал себя не с лучшей стороны…
Выглядел он довольно смущенным, и Дэн сердито перебил:
- Вообще никак не показал. Мы не виделись и не разговаривали – что вообще я мог увидеть? Кроме того, что не нужен своим родителям?
- Дейнар, это не так! – возразил Тамион. – Послушай, я… еще каких-то две недели назад я учился быть папой годовалого мальчика, а потом вдруг оказался отцом подростка. Я был к этому не готов! Все, что я знаю о подростках – они требовательные, капризные и нетерпеливые. Я и сам таким был! Разумеется, я решил, что ты – обычный подросток. И ты имел право злиться на меня, ведь я так сильно тебя подвел, Дейни! Я хотел помочь тебе, но просто не знал, как. И мне казалось невыносимым слышать твои вполне обоснованные требования и признаваться в собственном бессилии. Поэтому я предпочел отмалчиваться. Я надеялся найти способ облегчить твою жизнь, после чего позвонил бы сам…
- Мне не нужны были результаты! – запальчиво ответил Дэн.
Сколько времени занял бы поиск такого способа? Как долго бы пришлось ему ждать, когда родители вспомнят о нем?
- Тебе нужны были родители, - печально согласился Тамион. – К сожалению, я этого не понимал, пока твой друг, гинн Аусверри, не наорал на меня по переговорнику своего деда.
- Гинн Аусверри что сделал?! – уставился на отца Дэн.
- Он позвонил мне, чтобы высказать, какой я болван. И… знаешь, я ведь тоже рос без родителей. Дед старался, но… в твоем возрасте я был готов отдать что угодно, только чтобы они были рядом. И я забыл об этом, встретив собственного сына уже подростком.
- Гинн Аусверри спас мне жизнь, - тихо признался Дэн. – Я собирался покончить с собой, думая, что никому не нужен. Он появился очень вовремя и помешал мне сделать глупость.
- Дейнар… - потрясенно прошептал Тамион.
- Я думал, что вы не хотите простить мне того, что я вырос. Что вам стыдно за сына-осужденного. Маме даже прикасаться ко мне было противно.
- Это не так! – возразил отец. – Разреши мне показать тебе кое-что.
Дэн не возразил – в глубине души он хотел, чтобы его переубедили. Тамион сотворил какое-то заклинание, и прямо в воздухе перед Дэном развернулся полупрозрачный экран.
Изображение на экране оказалось знакомым – та самая гостиная, где он в первый и последний раз поговорил с отцом. Более того, он увидел себя, покидающего эту гостиную – как раз после разговора.
Едва за ним закрылась дверь, сидящий на диване Тамион поднялся и побрел куда-то – видно было, что маг на экране очень устал.
Но, видимо, отдохнуть ему была не судьба.
- Тэм! – навстречу ему выбежала Раэсса. – Как все прошло?
- Вердериан оказался сильнее, чем я рассчитывал, но я справился, - Тамион улыбнулся жене. – Устал.
Она тряхнула головой и вдруг расплакалась:
- Как он мог сотворить такое с нашим мальчиком? Ограничитель… пыточные руны! Я даже обнять Дейни не могу, потому что это причинит ему боль! Если бы ты только знал, как мне хочется обнять сына, зацеловать его, затискать…