Нет, я была не права. Король не накладывал на артефакт заклинания, способного удержать его душу в мире живых. Если корона дает возможность связаться с неким существом, которое называли Источником, то… не стал ли Дейнар жертвой этого существа? Хитрого, недоброго, возможно, привязанного к короне и потому желающего выбраться из этой тюрьмы?
Я торопливо пролистала книгу до конца, но больше ни о короне, ни об Источнике упоминаний не было. Только своего рода инструкция по коронации, согласно которой претендент на трон должен быть обученным белым боевым магом с юридическим образованием и опытом заключения выгодных сделок, если вкратце. По крайней мере, я расшифровала витиеватое послание именно так.
Дейнар не соответствовал ни одному условию.
Я закрыла книгу и задумалась. Боевой белый маг… значит, претендент должен был пройти испытания в поединках с сильными противниками, которые не по зубам даже черному уровню. Юридическое образование… судя по всему, прошедший испытание претендент должен бы заключить сделку с этим таинственным Источником. Для этого и нужен опыт, чтобы составить договор и не оставить лазеек для оппонента.
Ничего этого Дейнар не знал. Заключил сделку с этим Источником – и тот захватил его тело! Но как он справился с испытаниями?
А главное – как его теперь освободить?
Я все-таки воспользовалась библиотекой, надеясь отыскать сведения об Источнике. История никогда меня не интересовала, поэтому я сочла, что пробелы в моих знаниях – результат моей лености. Ведь, судя по книге, Источник для магов почему-то важен, а значит, о нем должны быть упоминания.
Но их не было. В официальной версии истории магов нигде не говорилось, что в создании Провинций участвовало нечто еще. В безмятежном неведении находилась не только я, но и все общество магов.
И что теперь? Нельзя бороться с тем, чего не понимаешь. Снова обращаться к Вердериану? Но Тай вряд ли что-то знает, а его отец едва ли захочет помочь Дейнару, учитывая его отношение к белому магу.
Тут я вспомнила о старшем Суотерри. Отец Дейнара был черным магом и первым министром Провинций, до того как стал послом магов в большом мире. Уж наверное ему об истории магов известно побольше, чем рядовому жителю Провинций. Возможно, он сможет что-нибудь рассказать об Источнике.
С тех пор, как Дейнар меня бросил, с его родителями я не общалась, хотя относились они ко мне хорошо. Но мне казалось неправильным поддерживать с ними отношения. Они были родителями того, кто меня бросил, того, кого я хотела забыть… Поэтому сейчас я не могла просто позвонить и спросить совета.
Но, если для короля я была нежеланной гостьей, то с его отцом я могла встретиться на общих основаниях. Тамион Суотерри принимал посетителей по долгу службы. И очередь к нему оказалась не такой уж длинной.
- Эвилейн! - гинн Суотерри меня сразу узнал. – Сколько лет, сколько зим… Как поживаешь?
Мне показалось, он искренне мне рад, и я расслабилась. Все же я не привыкла общаться со столь важными персонами. Как-то раньше, в гостях у Дейнара, я забывала, какую высокую должность занимает его отец, весьма демократичный в домашней обстановке. Другое дело здесь, в рабочем кабинете, в здании посольства… спустя столько лет. Конечно, я робела перед встречей, невольно перенося отношение ко мне короля на его отца. И теплый прием меня успокоил.
- Спасибо, хорошо, - покривила я душой.
Но не рассказывать же ему, как мне до сих пор плохо после поступка его сына?
- Что привело тебя ко мне? – похоже, ему и впрямь было любопытно.
Не удивительно, ведь ничего общего с Суотерри у меня нет вот уже десять лет как.
- Скажите, - я решила не откладывать дело в долгий ящик. – Вы что-нибудь знаете об Источнике?
- Источнике? Каком источнике? – удивился Тамион.
Я едва удержалась от досадливой гримасы. Ведь я так рассчитывала на его помощь. И все же уточнила:
- Источнике, связанном с королевским артефактом.
- Источник магии, ты имеешь в виду? – заинтересовался он.
И разочарование сменилось надеждой. Скорее всего, мы говорим об одном и том же! Я радостно кивнула:
- Да! Вы что-то о нем знаете?
- Мне интересно, откуда о нем знаешь ты. Существование Источника – тайна, тщательно хранимая первым советом девятнадцати.