- В пыточной. Он там на сутки, - нехотя бросила она. – Через несколько часов сам освободится, вам не о чем беспокоиться, гинн Аусверри.
- В пыточной? – я уставился на нее в изумлении. – Что он натворил такого, что вы отправили его туда? Пыточная уже бездна знает сколько лет не использовалась по назначению!
- Знаете, гинн Аусверри, этот гадкий мальчишка вообще не должен оттуда выходить. Его место – там! Он – сын Исчадья зла, он сам – зло! И по-хорошему…
Я не стал дальше слушать этот бред и направился в подвалы гимназии. Пыточная… это не просто камера, где запирались провинившиеся. Это – целая коллекция пыточных инструментов, и безумная Саэле вполне могла применить один из них к Дейнару. И из суток ему осталось только несколько часов – выходит, он в пыточной провел всю ночь?
А я опять злился на него, даже не подумав, что парень в беде. Вот ведь ходячая проблема, а не ученик!
В пыточной царил непроглядный мрак, и проникший в открытую мной дверь свет мгновенно вырисовал висящего на цепях парня.
Голого.
При том, что температура в комнате даже меня заставила поежиться.
- Дейнар! – позвал я и тут же поправился: - Дейн!
Он медленно приподнял голову и прищурился от яркого света:
- Что, сутки уже прошли? – голос его звучал хрипло.
- Нет.
- Тогда зачем вы здесь?
Я включил свет и согрел воздух в помещении. Одежда парня лежала рядом аккуратной стопочкой, и я уловил на ней следы заклинания. Отменил его – и одежда снова очутилась на Дейнаре.
- Чтобы увести тебя отсюда. Эта старая истеричка не имела права запирать тебя здесь, - я разомкнул браслеты на его запястьях – стертых в кровь, как будто мало им повреждений от клейма Ограничителя.
Я успел подхватить падающего мальчишку. Ноги его не держали, тело била крупная дрожь, кожа побелела, а губы потрескались.
Парня стало жалко чуть не до слез. За что ему это?
- Ее сын и муж погибли на войне, развязанной моим отцом, - тихо ответил Дейнар. – И теперь она хочет, чтобы я страдал вместо отца.
- Сын за отца не отвечает, - я помог парню подняться и повел его прочь из пыточной. – Это аксиома. За что она тебя сюда приволокла?
- Я отказался писать черным пером.
- Чем?
- Артефакт такой, как из Гарри Поттера.
- Откуда?
- Разве у вас нет литературы из большого мира? – слабо удивился он. – Это самая известная книга про юных волшебников. А черное перо… оно выводит на коже то, что пишешь им на бумаге.
Я остановился на мгновение, с изумлением уставившись на парня. О таком артефакте я слышал впервые, но если Саэле действительно использовала нечто подобное…
- Я не читал, - признался я. – Из большого мира я только классику читал, которую в школе задавали. Возможно, гинна Саэле читала, и там эту идею и почерпнула.
Значит, Дейнар отказался принять наказание. Да, за такое можно и в пыточную, вот только в своем отчете Саэле вряд ли укажет, что хотела наказать ученика с помощью незаконного артефакта. Вот ведь старая стерва!
- А разве таких артефактов у вас в провинциях нет?
- Нет, я о таком впервые слышу, - мы подошли к лестнице из подвала и я решил, что пора спросить: – Где твоя комната?
- Вон она, - Дейнар махнул куда-то назад.
Я непроизвольно обернулся и нахмурился:
- В смысле?
- Вон та камера, в конце коридора.
- Ты живешь здесь? – я не поверил.
- Да. Директор полагает, что так безопаснее для учеников, - Дейнар усмехнулся с легкой горечью и неожиданно признался: - Он хотел запереть меня здесь и оставить умирать. Но испугался последствий.
Я довел его до указанной камеры, стараясь не думать о его словах. Открытая решетка вместо двери, деревянная кровать с тонкой подстилкой вместо матраса, шкаф с книгами и маленькой стопкой одежды, стол с лампой – вот и вся обстановка.
- Ты живешь здесь… - в это невозможно было поверить.
Дейнар высвободился от моей поддержки, зашел в свою камеру и устало опустился на кровать:
- Да.