Не удивительно, что она выглядела такой довольной.
Дэну потребовалось неожиданно много времени, чтобы прийти в себя. До конца занятий его сотрясала мелкая дрожь, клеймо на руках постоянно грелось, пропуская через себя излишки магии, парня мутило, и усилий на то, чтобы не показывать, как ему плохо, уходило немеряно. Но он не мог позволить себе дать слабину – этим обязательно воспользовался бы Рэйчад, а стычка с ним в таком состоянии была не лучшим вариантом.
Но за наказанием Дэн пришел, находясь уже почти в норме.
- Садись, - велела гинна Саэле, выкладывая на стол лист бумаги и перо. – В качестве наказания ты напишешь тысячу раз фразу «Я должен быть послушным». Приступай.
Дэн изогнул бровь, недоверчиво глядя на преподавательницу. Что за глупое наказание? Они в американской начальной школе, что ли? Но чуть подумал и взялся за перо. Наказание выходило нудным, но легким.
По крайней мере, так ему казалось, пока он не начал писать.
Стоило вывести первую букву, как запястье что-то кольнуло. Дэн взглянул и обнаружил на коже царапину в форме рукописной «я». Это было настолько невероятным, что какое-то время он недоуменно рассматривал кровоточащую царапину, прежде чем взглянуть на Саэле:
- Вы серьезно? Черное перо?!
Он не был большим фанатом Гарри Поттера, но книги читал. Так что про такой метод наказания был осведомлен. В свое время его здорово удивило, что никто из наказуемых просто не отказался писать пером, но в книгах о юном волшебнике логика частенько хромала.
Дэн себя шрамировать таким способом не собирался. Достаточно и клейма ограничителя.
- Пиши, Суотерри, - преподаватель торжествующе улыбнулась.
- Нет.
- Нет? Ты отказываешься нести назначенное преподавателем наказание? – уточнила она в наигранном возмущении.
А сама едва могла сдержать хищную улыбку.
Дэн невольно поежился, вдруг усомнившись в психическом здоровье женщины. Живое воображение мигом нарисовало картины, что может сделать с беззащитным человеком безумный маг. Но взглянул на перо – и решительно заявил:
- Отказываюсь.
- Замечательно, - кивнула она. – Тогда я ужесточаю наказание. Ты сутки проведешь в пыточной камере. Без еды и воды, в цепях. Или бери перо и пиши.
- И что мне мешает отказаться от второго наказания? – хмуро осведомился Дэн, окончательно убеждаясь, что женщина сбрендила на почве ненависти к нему.
- Заставить тебя использовать перо я не могу, - притворно вздохнула она. – А запереть – легко.
Она как-то неожиданно оказалась очень близко и схватила его за руку. Знакомое неприятное ощущение охватило Дэна, когда он покорно зашагал следом за преподавателем.
Мрачно Дэн подумал, что надо будет непременно узнать у Аусверри контрзаклинание и больше не попадаться в такую ловушку. Сопротивляться он не пытался – знал, что бесполезно.
Заклинание контроля действительно не могло воздействовать на мелкую моторику, его хватало лишь на обездвиживание, следование и молчание – об этом Дэн узнал, отыскав в библиотеке информацию о примененном к нему Вердерианом заклинании. Обычно такое заклинание использовали стражи, и его применение строго регламентировалось. Так же, как использование оружия в большом мире.
Так что у гинны Саэле могли начаться проблемы, если бы кто-то узнал, что она применила чары контроля на ученике. Вот только Дэну никто не поверит, а преподаватель, естественно, будет все отрицать. Так что женщина ничего не теряла.
Она провела его мимо камеры, где Дэн жил, дальше в глубину подвала. И, хотя он слышал о «менее комфортных условиях» еще от директора, Дэн и не подозревал, что в гимназии есть собственная пыточная. Хотя помещение, куда привела его гинна Саэле, выглядело давно не используемым.
Хотя и весьма колоритным.
Дэн успел увидеть и тронутые ржавчиной цепи, и покрытую пылью дыбу, раскрытую железную деву, какие-то неприятного вида инструменты и непонятного назначения приспособления.