- А во-вторых? – проявил нетерпение Дэн.
- Во-вторых, смертные казни в Провинциях есть. Но это весьма трудоемкий процесс, поэтому применяется нечасто. Использовать Ограничитель намного проще, даже с учетом содержания мага.
- Почему – трудоемкий?
- Потому что убийство мага порождает отголоски.
- И что? – Дэн не уловил проблемы.
Маги умели неплохо справляться с отголосками, особых трудностей это представлять не должно.
- Ты не понял. Не один отголосок, а множество. По количеству магов, с которыми хоть раз пересекались убитый и убийца. Чтобы организовать казнь мага, иногда требуется собрать вместе жителей нескольких провинций. И организовать для них защиту, пригласить достаточное количество охотников, снабдить их уничтожителями… При том, что часть магов, столкнувшись с отголоском казненного, не решится атаковать, пока не станет поздно. А если упустить хотя бы одного отголоска – они снова все вернутся. Так что, устроить казнь очень непросто.
- Почему не решатся атаковать? – полюбопытствовал Дэн.
- Трудно нападать на знакомого. А отголоски убитого обычно принимают его облик.
- Но… а если это не казнь, а убийство? – парень нахмурился, вспомнив нападение Рэйча. – Преступление?
- То же самое, но убийце обычно плевать, сколько еще магов погибнет из-за порожденных им отголосков, - ответил Аусверри.
- А как же гинн Наиде? Он ведь хотел избавиться от меня. Это не считается убийством?
- С некоторой долей вероятности отголоски могли и не появиться. Чем слабее маг, тем выше такая вероятность, так что не удивительно, что директор передумал.
- Но ведь отголоски принимают вид жертвы, как находят виновного?
- Отголоски всегда называют имя убийцы, нападая.
Дэн взглянул на него с изумлением:
- Странный механизм… в реальном мире такого ведь не было?
- Нет. Поэтому до создания Провинций маги постоянно погибали.
- Ну, с вашей-то амбициозностью, не удивительно, - хмыкнул Дэн себе под нос. – Не от людей вы явно спасались…
- Что? – не расслышал Аусверри.
И парень поспешил исправиться, не желая задеть преподавателя своими выводами:
- Я интересуюсь, когда эта информация дается обучающимся.
- А как ты понял, что они еще не знают? – заинтересовался Аусверри.
- Угрозы звучат слишком агрессивно, - пожал плечами Дэн. – Обычно, если знают, что это трудноосуществимо, угрожают иначе.
Он не собирался рассказывать Аусверри об инциденте с ножом. Во-первых, потому что все обошлось, а во-вторых, он просто не привык впутывать старших в личные разборки.
- А кто тебе угрожает? – немедленно заинтересовался Аусверри.
- Мне? Никто, - пожал плечами Дэн. – Вы не ответили.
- Обычно на последнем курсе, - вздохнул Аусверри. – Магия не всем дается просто. Не в плане обучения – в восприятии. Кто-то сразу учится относиться к магии, как к инструменту, а кому-то начинает казаться, что сила равна вседозволенности. Здесь, в гимназии, за этим легко следить, поэтому студентам и позволяют проявить себя. Если маг способен на убийство, со временем страх перед последствиями начнет исчезать. Поэтому вам позволяют проявить эту склонность, пока вы еще под контролем.
- Вы что, позволяете студентам убивать друг друга? – изумился Дэн.
- Нет, конечно. Убийства недопустимы, но тот, кто покусится на убийство другого мага, получит статус неблагонадежного. За такими наблюдение продолжается и за стенами гимназии.
- Не всегда успешно? – невольно хмыкнул Дэн.
- Маги разные, - пожал плечами Аусверри. – Кто-то хорошо притворяется во время обучения, кто-то просто меняется… У нас нет возможности следить за каждым. Да и большинство было бы против.
- Хотя, казалось бы…
- Что?
- Если не делать ничего противозаконного, то какая разница – следят за тобой или нет?
- У всех есть маленькие секреты, свидетели которым ни к чему, - преподаватель рассмеялся. – Идеальных нет. А ты, выходит, за тотальный контроль?
- Нет. Я за то, чтобы поступать по совести. Вот только иногда по совести – это против закона… По крайней мере, в большом мире так. С вашими законами я еще не очень хорошо знаком.