Костер быстро разгорелся, осветив небольшой клочок зарослей, в которых они прятались. Дэн растянул над огнем платье Лили и свою куртку, поставил поближе к костру ее туфельки и свои ботинки, накидал на землю листьев и усадил девочку поближе к костру.
- Вот сейчас я не отказался бы потратить магию на бытовые удобства, - хмыкнул он, тоже подсаживаясь ближе к костру, едва набрал достаточный запас дров.
- О чем это ты?
- Когда мы говорили о слугах, ты сказала, что на уборку и готовку магию тратить не стоит, - напомнил он. – Я бы сейчас потратил.
- Кушать хочется, - согласилась Лили невпопад и расплакалась.
Дэн обнял продрогшую девочку:
- Все будет хорошо. Вот увидишь, мы выберемся отсюда.
Согреть он ее не мог – сам замерз в мокрой одежде, но Лили нуждалась в поддержке. Она и так показала себя очень храброй и сильной, но для такой юной девочки испытания оказались слишком тяжелыми. Лили плакала, а Дэн шептал ей ободряющие слова, хвалил за силу духа, обещал, что скоро все закончится – пока она не затихла, окончательно утомленная.
Одежда над костром успела высохнуть, и Дэн положил уснувшую девочку на свою куртку, укрыв платьем. Но сам к утру замерз так, что не мог сдержать дрожь. От холода ночных джунглей не спасал даже костер, а снять влажную одежду Дэн не решился, боясь напугать девочку, если та внезапно проснется.
Дэну казалось, что жаркие дни и холодные ночи – это особенность пустынь, что в джунглях холодно не бывает, но ошибся. Возможно, потому что джунгли были магическими, но причины его волновали мало. Хотелось согреться, но встать и подвигаться просто не было сил. К тому же начало саднить горло, давали о себе знать жажда и голод, а заодно и бессонная ночь, проведенная в полудреме.
Отголосок так и не появился, но это была единственная хорошая новость за последние сутки.
- Лили, вставай, - собравшись с силами, Дэн разбудил девочку. – Надо идти.
Он подозревал, что если посидит еще немного, то уже никуда не пойдет. Просто не сможет подняться.
Лили вздрогнула, открыла глаза, непонимающе проморгалась – и, очевидно, все вспомнила. Ее губы скривились, словно от плача, но девочка быстро взяла себя в руки, встала и оделась. Глядя на ее решительность, Дэн постарался не показывать собственную слабость. Улыбнувшись ободряюще девочке, он объявил:
- Уверен, сегодня же мы выйдем к лю… жилью. Потерпи немного, хорошо?
- Хорошо, - кивнула она с готовностью и доверчиво взяла его за руку.
И они снова углубились в заросли, стараясь идти вслед за солнцем, чтобы окончательно не заплутать.
- У тебя руки в шрамах, - заговорила Лили спустя какое-то время.
- Да. Это действует Ограничитель.
- Но ты все равно чаруешь?
- Если нет другого выхода, - он слабо улыбнулся. – У меня слуг нет.
- У меня тоже. Слуги у аристократов, обычные маги обходятся своими силами.
- Прихвастнула?
- Немного, - она улыбнулась робко. – Папа говорит, в сложных ситуациях следует придавать себе значимости.
- Интересный совет, - разговор помогал отвлечься от болезненного состояния, поэтому, несмотря на боль в горле, Дэн его поддерживал. – Но мне кажется, все зависит от обстоятельств.
- Например, перед похитителем лучше скромничать? – хихикнула Лили.
- Как вариант. Хотя похититель, скорее всего, о значимости своей жертвы вполне в курсе.
- Ты дрожишь. Замерз? – похоже, и для нее разговор был способом отвлечься.
- Я, кажется, простудился, - признался Дэн. – Но не беспокойся, это нам не помешает.
- А у тебя есть девушка? – неожиданно спросила Лили.
- Девушка? – опешил он. – Откуда? Я же осужденный.
Дэн махнул в воздухе свободной рукой, демонстрируя Ограничитель.
- Ну и что? Ты храбрый. И сильный. Не испугался отголоска. Не бросил меня. Заболел, чтобы меня не пугать…
- А почему ты так испугалась?
- Когда я была маленькая, на меня напал маг. Он хотел сделать мне больно… не успел, но я испугалась, - девочка понизила голос: - Он был голый. Я теперь всех голых боюсь!