- Это шок, - мягко объяснила она. – Вы пережили серьезный стресс, организм пытается справиться с этим, поэтому вам кажется, что все в порядке. Но это не так. Возвращайтесь в палату, вам лучше оставаться под наблюдением.
- Нет у меня никакого шока! – я рассердилась. – Мне не кажется – я действительно в порядке! И просто хочу прогуляться перед сном, что в этом может быть опасного?!
- Гинна Милшерри, успокойтесь, - лекарка примирительно улыбнулась и неторопливо подошла ко мне: - Вам вредно волноваться. Лучше ложитесь спать.
- Я не хочу спать… - начала было я, но в этот момент лекарка подхватила меня под руку, и я почувствовала, как веки сами собой тяжелеют.
Я еще успела подумать, что на меня воздействовали усыпляющим заклинанием, а затем уснула.
Проснулась я с ужасным ощущением, что подвела Суотерри. Да если бы я знала, что лекарка может так подло меня усыпить, сбежала бы через окно! Какое она вообще имела право так со мной поступить?!
И я вместо завтрака помчалась туда, где, по моему мнению, провел ночь мой спаситель. Но во дворе я никого не нашла, что меня немного успокоило. Значит, до своей комнаты он добраться сумел.
Однако на занятия я все равно отправилась в расстроенных чувствах, ощущая вину перед осужденным.
На меня тут же набросились с расспросами – действительно ли я столкнулась с Отголоском лицом к лицу, как мне удалось выжить и кто уничтожил магическое порождение. Я не видела смысла что-то скрывать, а потому рассказала все, как есть, включая роль Суотерри в моем спасении.
Кажется, мне не очень-то поверили. Рэйч уж точно, по крайней мере, он злобно шипел что-то по поводу восхваления осужденного. Но я его не слушала, не видя ни единой причины лгать.
К моему немалому изумлению, Суотерри появился на занятии, как ни в чем не бывало. Выглядел он вполне здоровым, и я подумала, что переоценила вред, нанесенный парню Отголоском. Все-таки я была напугана, а со страху чего только не привидится. Чувство вины меня, наконец, оставило, и я подошла к Суотерри, чтобы поинтересоваться, все ли с ним хорошо, а заодно поблагодарить за спасение.
Мне показалось, его удивило то, что я с ним заговорила. По крайней мере, отвечал он довольно сухо и вовсе не пытался зацепить меня на крючок благодарности. И я сочла, что, какими бы ни были его мотивы, когда он меня спасал, корысти в них не было.
А затем к осужденному зачем-то подошел Тай, и я насторожилась.
Тайлина в нашем классе уважали. В отличие от Рэйча, авторитет он завоевывал не только силой, но и умом. Отличник, умница, спортсмен – в школе он был очень популярен. И в гимназии к нему продолжали прислушиваться. Например, Суотерри он рекомендовал игнорировать: не вступать в открытые конфликты, но и не пытаться вывести парня на диалог. Поэтому его внезапный интерес к Суотерри меня обеспокоил.
- О чем ты говорил с осужденным? – поинтересовалась я, едва занятие окончилось.
- Какая разница? – пожал он плечами.
- Тай! Я бы не спрашивала, если бы мне было все равно!
- Я поинтересовался, действительно ли он тебя спас.
- Ты что, не поверил мне?!
- Ну что ты, - чуть снисходительно возразил он. – Просто стало интересно, зачем осужденному спасать кого-то из нас. Довольно глупо с его стороны.
- Ты что, предпочел бы, чтобы я погибла? – я даже не пыталась скрыть возмущения.
- Эвви, не говори ерунды. Я рад, что ты выжила. Но ты теперь в долгу перед осужденным, а ты принадлежишь известному роду. Я лишь хотел узнать, рассчитывает ли он стребовать с тебя долг жизни. И предупредил его, что подобный расчет довольно глуп. Действуя подобным образом, он скорее навредит себе, чем поможет.
- Тай, а ты не думал, что это – не твое дело? И что с долгом я разберусь как-нибудь сама? И я, и мой род заодно? – я прищурилась, с трудом сдерживая гнев.
Вмешательство во внутренние дела семьи было моветоном, особенно со стороны обычного мага безо всякой родословной.
Какими бы выдающимися качествами ни обладал Карте, он оставался простым магом без поддержки влиятельного рода, а потому никакого права совать нос в чужие дела не имел.