Я вдруг поняла, что и меня он спас просто потому, что мог. И, окажись на моем месте любой другой – сделал бы то же самое.
Мне стало ясно, что имел в виду гинн Аусверри, говоря, что Суотерри не опасен.
Поэтому меня стал беспокоить другой вопрос. Как мог маг, способный на столь бескорыстную помощь, совершить настолько страшное преступление, что его приговорили к полному Ограничителю?
Мучимая этим вопросом, я снова обратилась к библиотеке, больше не собираясь оставаться в неведении. Я, наконец, твердо решила узнать, что он натворил.
К собственному изумлению, ничего о суде над Суотерри я не нашла. Ни обвинения, ни приговора… И объяснения этому просто не существовало. Это же сын Исчадья! Пошедший по следам отца – да это должно было стать сенсацией на все Провинции! Информации должно было быть море, и уж точно – результаты суда. Но о Суотерри не упоминалось нигде.
Все это выглядело очень странно.
Я решила подойти к делу с другого бока. Возможно, у Совета была причина держать все в секрете? И нужно искать не преступника, а преступление? Уж об этом-то молчать бы не стали. Громкие преступления – репортерский хлеб.
И я стала искать эти громкие преступления. А затем – тяжкие. И простые…
Безрезультатно. Ни одно не было отмечено секретностью, по всем имелись осужденные, и Суотерри не был виновен в каком-либо из них.
Просмотрев информацию, я долго сидела в ступоре, пытаясь уложить это в голове. А потом бросилась к Эльзе.
- А ты не думала, что, пытаясь убедить всех, что Суотерри – жертва, мы могли оказаться правы? – с ходу огорошила я ее.
- Ты о том, что о его преступлении нигде нет ни слова? – деловито осведомилась у меня подруга.
- А ты откуда знаешь? – изумилась я.
- Так теперь об этом все говорят, - пожала она плечами. – Понятия не имею, кто это первым заметил, но когда до меня дошли эти слухи, я поняла, что разоблачать нашу придумку смысла нет. Думаю, именно поэтому Тай и молчит.
- Так мы ткнули пальцем в небо и случайно попали в цель? – недоверчиво уставилась я на нее. – Суотерри – действительно не виновен?
- Боюсь, иначе нам бы никто не поверил, - призналась Эльза.
- Ты с самого начала знала, что у нас провальный план? И все равно за него взялась?
Теперь мне стало ясно, почему народ так легко клюнул на распускаемые нами слухи – они просто нашли подтверждение. Все же это не столь простое оружие, как я успела себя уверить.
- Эвви, шанс был, и тебя надо было спасать, - виновато вздохнула Эльза. – И я рада, что у нас все получилось. Тебя все еще считают влюбленной в него, но теперь это никому не кажется чем-то чудовищным.
- Тай в ярости? – полюбопытствовала я.
- Уже смирился, - хихикнула она. – Но я бы на твоем месте оставалась настороже. От такого, как он, всего можно ждать.
- Ну вот. Голову бы Рэйчу оторвать! Если бы не его выходка, никто бы меня с именем Суотерри не связал! А я теперь расхлебывай. Мне все пять лет теперь настороже быть?
Эльза рассмеялась моему возмущению.
- Эвви, не переживай. Скоро Тай о тебе забудет, найдет другую цель для обидок. Все наладится, со временем.
И время шло. Пролетел апрель, и вместе с маем в нашу суровую провинцию пришла пора цветения. А это означало занятия на свежем воздухе.
В школе было так же. Как только позволяла погода, часть уроков проходила под открытым небом, так как считалось, что это полезно для детского здоровья. Из душных классов мы выходили в пришкольный парк, где нам создавали подобие классной комнаты, и совмещали эту своеобразную прогулку с учебным процессом.
В гимназии, мы полагали, будет та же система. Но преподаватели пошли дальше. Они использовали окружающий мир, чтобы совместить наши теоретические познания с практическими навыками. И особенно усердствовала гинна Мейре, преподававшая биологию.
Чудесный парк при гимназии оказался еще и замечательным наглядным пособием, особенно для растений. И на таких занятиях гинна Мейре часто отправляла нас на поиски какого-нибудь редкого растения для магических зелий, а в качестве домашнего задания требовала написать полный по нему доклад.