- Маму обманывать мне неприятно, - сказал Роман, - но её одержимость женить меня и поскорее увидеть внуков от своего сына, уже переходит всякую допустимую черту.
- Многие мамы имеют подобное желание, - произнесла Анна.
- Моей маме придётся ещё с этим подождать. Ань, мы с тобой через год - полтора разбежимся. Но сейчас все оставят меня в покое. Возможно, что Люба за это время выйдет замуж за кого-то другого.
- Ром, почему всё так сложно? Неужели тяжело найти девушку, чтобы жениться? Или ты против брака?
- Анют, - он снова вздохнул, - я не против брака. Но найти женщину, которую я хотел бы видеть в роли своей жены и матери моих детей ещё так и не смог. Возможно, у меня слишком высокие требования к женщинам, а, может, сам отпугиваю подходящих своими недостатками. Ведь я жуткий собственник и патологически ревнив. Но пока как-то так. Кажется, чем старше я становлюсь, тем сложнее найти женщину.
- Мой папа полюбил маму, когда им было всего по семнадцать, - не смогла удержаться девушка от воспоминаний – они были счастливы вместе и я тоже. Мама привыкла быть за ним, как за каменной стеной. Папа принимал в семье все решения и решал все проблемы. Он дал мне отличное образование в хорошей школе. – Глаза девушки затуманились слезами, - а потом, когда папа погиб, маму понесло. Мне тогда было почти шестнадцать. А мама… она натворила столько ошибок. И самой большой стал её брак с Петром.
Роман нахмурился, сочувственно посмотрел на Анну. Его ладонь легла на лицо девушки, аккуратно стирая слезинки.
Невольно он подумал, что эта трагедия, которая произошла в её семье, да, к тому же, непонятная для Романа связь Анны с отчимом, и подтолкнули её к переезду в общежитие и поиску лучшей жизни, отдавая, а, вернее, продавая себя в услужение богатым мужчинам…
Почему-то эти, такие искренние слёзы девушки, затронули что-то глубоко внутри мужчины. Хотя до сих пор слёзы таких вот девиц его не трогали.
- Извини, - произнесла она, пытаясь избавиться от воспоминаний. - Мне не стоило этого говорить.
Только вот Роман с ней не согласился.
- Ань, а отчим обижал тебя?
- Ром, я не...
- Только не обманывай. Я же вижу, как он смотрит на тебя. Вы были любовниками?
Анна вот сейчас, в этот самый момент поняла, что никогда не сможет привыкнуть к тому, что Роман о ней такого низменного мнения. Подумать только, каким дном он считает её, если спрашивает такое!
Однако, обиду пришлось проглотить и запрятать поглубже глубоко в себе. Анне понадобилось в сотый раз напомнить себе, как именно воспринимает её Роман, на что она согласилась и откуда пришла к нему.
Нет, осуждать она его не будет!
Она здесь с определённой целью. А после забудет работу в эскорте, как сон. Девушка хотела верить, что на работе в фирме Романа это не отразится.
- Ань, так как? Вы были любовниками?
- Ты же говорил, что тебе не интересны мужчины, которые были в моей жизни? – она задрала голову, смело встречая его взгляд.
- А это интересно. Ответь. – Он даже не просил, а потребовал.
- Нет, Ром. Пётр никогда не был моим любовником. Разве могла я так поступить подло с собственной матерью и путаться с её мужем за её спиной! Кроме того, Пётр этот отвратительный тип. Я не знаю, как мама его четыре года терпела. Она ничего не замечала, даже его измен. Думала, что будет как с моим отцом, а в итоге… - Девушка тяжело вздохнула. – Ром, я не хочу об этом говорить.
- Я видел, как он смотрит на тебя, Ань. И ты боишься Петра. Не отрицай. Почему? – настойчиво спросил он, делая вид, что не слышал её последней фразы.
Анна знала, что он не отстанет. Надо ответить. Девушка решила ничего не придумывать, а сказать ему правду.
- Пётр приставал ко мне, открыто предлагал роль своей очередной любовницы. Я терпела, когда же он попытался силой взять меня, я ушла из дома практически в никуда. Тогда мне было девятнадцать. С тех пор я живу в общежитии.
Рома всё больше хмурился, слушая девушку, даже не замечая, с какой силой пальцы его правой руки сдавили руль.
Теперь понял, что именно толкнуло её пойти работать в эскорт – агентство. Но он не оправдывал Анну, даже наоборот – осуждал.
Ведь Рома точно знал, его сестра Надя никогда бы не унизилась до подобного, даже если бы голодала и оказалась на улице. А эта… имеет две руки, две ноги, не инвалид, слава Богу. Могла бы себе другую работу найти, а не идти по более лёгкому пути, раздвигая ноги перед тем, кто больше заплатит.