На его губах заиграла улыбка, но эта улыбка не была похожа на другие.
Я промолчала, желая услышать больше.
-В последнюю ночь... мы гуляли. Я не хотел оставаться дома, потому что мама была там и, несомненно, ждала очередного любовника, чтобы трахнуть его в кровати, которую она делила с моим папой. Я хотел незаметно пробраться в один из его баров. Может быть, украсть немного спиртного и напиться где-нибудь с Джудом. Немного пошалить. Джуд не хотел идти, но он обычно соглашался на все мои затеи. Мы свернули в переулок, где все и случилось.
Я крепко обняла его, и он прижал руку к моему животу, крепко цепляясь за него, будто это единственное, что может удержать его
-Кто-то стрелял в нас. Мы оба были ранены, но Джуд оттолкнул меня от первой пули, поэтому ему досталось больше, чем мне. Роман вышел из бара, услышав выстрелы, и завязалась драка. Я даже не понял, как это произошло. Многое из той ночи осталось для меня размытым пятном, но я помню человека, который стоял над нами двумя. Он просто стоял и смотрел на нас, а в конце концов схватил тело Джуда и ушел. Я не знал, зачем он вообще забрал его. Через три дня один из туристов нашел руку в реке Сакраменто. Как оказалось это была рука моего кузена.
Мои глаза расширились, и я приняла сидячее положение. Я взглянула в окно.
Для этого ли он купил эту квартиру? Чтобы всегда видеть из окна реку Сакраменто?
Он ничего не сказал, но у меня возникло ощущение, что он видит, как я собираю все в цельную картинку.
-Тетя Дженни обвинила папу. Она переехала в Новую Зеландию и с тех пор она ни с кем из нас не общалась, пытаясь убежать от своего горя. Масла в огонь добавляло еще и то, что ее муж погиб в автокатастрофе в начале того же года.
Я снова легла на его грудь, и он снова положил руку мне на живот.
-Мне очень жаль, - сказала я, и он кивнул. -Это не твоя вина, и ты это знаешь.
Потому что, хотя он этого и не сказал, нетрудно было догадаться, что он взял на себя вину за случившееся.
-Неужели?
Я покачала головой.
-Вы оба были детьми. Вы не просили, чтобы на вас нападали, чтобы в вас стреляли. Малыш, это не твоя вина. Ты не можешь винить себя.
Он ничего не ответил на это, прижимая меня к себе, и я знала, что, чтобы я ни сказала, он будет винить себя.
Я поцеловала его в грудь и почувствовала, как у него перехватило дыхание.
Я хотела бы забрать у него всю боль.
Я подняла голову и встретился с его яркими, оживленными голубыми глазами.
Он заставил меня почувствовать себя живой и смелой. Никогда еще не было человека, способного вызвать у меня такие чувства.
-Я люблю тебя, - сказала я.
Он наклонился ко мне ближе, и его губы оказались в сантиметре от моих. Его теплое дыхание веером пронеслось по моему лицу, а по коже побежали мурашки.
Можно ли зарыться в его кожу и остаться там?
-Я тоже тебя люблю, красотка.
Слезы застилали глаза, когда в горле забурлил смех.
-Это правда?
Он обхватил мое лицо, стараясь не слишком сильно сжимать то место, куда ударил меня Фрэнк.
Он так нежен со мной.С тех пор как он спас меня, он обращался со мной так, словно я была сделана из стекла.
-Конечно, правда. Разве ты не видишь этого?
Я смотрела на его обнаженную грудь, любуясь его мускулистыми грудными мышцами. Я поиграла с немногочисленными волосками на его груди.
-Мне иногда бывает трудно читать людей, - сказала я.
Он схватил мою руку и прижал ее к своей груди.
-Тогда послушай, что я тебе скажу, Джемма. Почувствуй меня, увидь меня. Знай, что для меня никогда не будет другой женщины. Знай, что я люблю тебя всем своим существом, и не пройдет ни дня, ни минуты, ни секунды, чтобы я не любил тебя. Понимаешь?
Слезы, которые я изо всех сил пыталась сдержать, покатились. Обычно я не была такой эмоциональной.
-Да, я тебя понимаю, - сказала я.
Он поцеловал меня, и я почувствовала, как меня охватывает возбуждение.
Мы не спали вместе три долгих дня. И я так скучала по нему. Я так сильно хотела его.
Я обхватила его за шею и притянула ближе, чтобы он накрыл меня. Он опустил меня на матрас, и его вес стал желанным отдохновением от пережитых потрясений.
-Кай, - простонала я, когда он отстранился. -Займись со мной любовью.
Он мурлыкал, прижавшись ко мне, его руки двигались по коже моего тела, от внешней стороны бедер к животу, вверх к грудям. Он щупал каждую из них своими большими ладонями, дразняще потягивал за соски, а затем снова опускался вниз.
Он помог мне снять рубашку и трусики, а я помогла ему снять трусы-боксеры.
Он не сводил с меня глаз, раздвигая мои ноги и пролезая между ними.
Не отрываясь, он глубоко, медленно вошел в меня своим членом. Моя голова откинулась назад, спина выгнулась дугой от его полноты внутри меня.
Он играл с моим соском, а его рот приник к моей шее, посасывая ее.
След от укуса, оставленный им на моем плече, почти исчез.
-Кай, пометь меня.
Его тело дернулось, когда он услышал это, и сосательные движения, которые он делал ртом, перешли в покусывания.
Он сделал это сильно, до боли.
Моя кожа гудела от осознания этого, а он двигал бедрами, выходя из меня, пока только кончик его не остался похороненным внутри, затем снова грубо толкнулся обратно.
Я открыла рот и закричала как от боли укуса, так и от удовольствия, которое испытывала.
Он продолжал в медленном, уверенном, жестком темпе, а затем откинулся назад, чтобы оценить свою работу на моей шее.
Эта метка свела его с ума, и он еще сильнее затрясся на мне, его толчки двигались быстрой, прерывистой чередой.
В глазах плясали черные точки, когда я пыталась принять и боль, и удовольствие.
Он был неумолим. Жесток. Он щипал мои соски, пока я не посмотрела на него, и только после того, как я сфокусировала на нем взгляд, он замедлился.
Он занимался со мной любовью.
-Я люблю тебя, - говорил он в перерывах между толчками. -Я, блядь, люблю тебя. Я люблю тебя во всех смыслах. Я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя.
Я открыла рот, но ничего не произнесла. Я знала, почему он это повторяет раз за разом. Он хотел убедиться, что у меня не осталось сомнений в том, что он меня любит.
Я чертовски любила его.
Я обхватила его за шею и зарылась лицом в его грудь, когда почувствовала, что уже близко.
Его рука переместилась между нами, и он стал играть с моим клитором.
Я взлетела, как ракета, переваливаясь через край. Я закричала, кончая, и Кай вскоре последовал за мной, наполнив меня своей спермой.
Часть вылилась и намочила кожу между нами, и я... Я не могла думать.