Ари шел по осколкам и зловонным лужам, расталкивая беснующуюся молодежь. У окна он остановился, разглядывая кривлявшегося Эрика.
- Эй, вы, лизоблюды! Что вы понимаете в настоящей музыке? Вы жрете свой хлеб и боитесь всего на свете! Отращиваете ляжки… - орал Эрик в микрофон.
В бешенстве Ари выдернул шнур из усилителя.
- … мир создан для секса!.. – хрипло крикнул Эрик, но эту фразу услышали лишь те, кто был в метре от него. – Что за… - он развернулся и уставился мутным взглядом на Ари. – О… Герр Хансен… Какая неожиданная встреча!.. – Светлые волосы его прилипли к вискам, красивый рот дергался словно у марионетки. Расширенные зрачки почти скрыли серо-голубую радужку. – Зачем ты сюда припер…
Двумя руками Ари вцепился в джинсы Эрика и дернул его на себя.
- Скотина… - процедил он сквозь зубы и сам едва удержался на ногах, когда Эрик кулем повалился на пол.
Один из охранников попытался придержать падение вдрызг пьяного Эрика, но тот все же с грохотом упал у ног отца, уткнувшись носом в его ботинки. Ари посмотрел на испачканную слюной глянцевую кожу, прижал кулак к своей груди и помассировал ее.
- Очистите здесь все, - он убрал ногу. – А это… - вобрал в себя побольше воздуха, - в машину.
***
… Эрик с трудом сфокусировал взгляд и уставился на серый потолок. Голова раскалывалась, словно переспелый арбуз. Дернув рукой, он заскрежетал зубами - в вене торчала игла, соединенная трубкой с капельницей.
Сознание превратилось в вязкий кисель, из которого не хотелось выбираться. И все же этот благословенный вакуум через пару минут был вновь нарушен - шаги за дверью впились в виски острыми гвоздями и вызвали новую вспышку боли.
В комнату вошла женщина средних лет в голубом форменном платье. Она проверила систему, вытащила из кармана баночку и высыпала на салфетку пару пилюль. Затем сделала пометку в тетради, лежавшей на столике рядом с кроватью.
- Где я? – едва ворочая языком, пробормотал Эрик.
- У себя дома, - ответила женщина. На ее бесстрастном лице не отразилось ни одной эмоции.
- А… О… - Эрик состроил недовольную гримасу, и сухие губы его тут же покрылись саднящими трещинками. – Давно?
- Сутки.
- Черт… Ничего не помню, - он заворочался, пытаясь размять одеревеневшее тело.
Женщина поправила подушку под его головой. От ее рук так несло антисептиком, что к горлу Эрика моментально подскочила тошнота.
- Уберите это, - Эрик шевельнул запястьем, указывая на торчавшую иглу.
- Это всего лишь витамины. Ваш отец распорядился, чтобы…
- Уберите. Это. – Повторил Эрик и, извернувшись, дернул за трубку.
- Хорошо. - Женщина проверила количество оставшейся жидкости в флаконе, перекрыла фильтр и только потом аккуратно вытащила иглу и заклеила синюю точку в месте укола.
Эрик следил за ее движениями, чувствуя, как проясняется сознание и вместе с ним просыпается злость.
– Теперь необходимо просто лежать, - заявила женщина.
Шуршание ее накрахмаленного платья было похоже на шорох крыльев летучих мышей. Эрик не любил все то, что имело крылья. Поэтому к злости прибавилось гадливое ощущение страха.
- Так, еще вам нужно… - деловито начала женщина.
- Я сам знаю, что мне нужно, - Эрик сел в кровати и тут же зашипел от боли. – Черт, голова...
- Вы упали и ударились. Но сотрясения нет.
- Понятно. А выпить есть?
- Эти пилюли назначил ваш семейный врач. - Женщина протянула стакан.
- Упал… Да, точно, что-то припоминаю, - хмыкнул Эрик. Он поднес стакан к губам и принюхался: – Мерзость какая… Эй, как вас там? Мне нужно встать.
- Меня зовут Мэгритт, - женщина прихватила его за плечи. – Вставать не надо. Герр Хансен велел, чтобы…
- А вылизать меня он вам не велел?! – Эрик откинул тонкое одеяло и свесил ноги. Оглядев себя, чертыхнулся. – Не лезьте ко мне! Пляшите перед герром Хансеном, больше вы ни на что не способны.
Пошатываясь, он спустился по широкой лестнице и пересек большой холл. Снаружи слышался женский смех и плеск воды. Эрик прошлепал к барному холодильнику и достал банку пива. Сделав пару жадных глотков, он со стоном прижал ледяную банку ко лбу.
Огромная деревянная терраса была залита солнцем. Когда Эрик распахнул двери, то буквально ослеп от яркого света.