Шепот... Влажный и настойчивый, оседающий на коже и заставляющий сжиматься что-то внутри. Невероятное ощущение единения вдруг охватило его и понесло навстречу чему-то дьявольски-прекрасному и в то же время губительному и страшному...
Мокрая трава была похожа на холодные водоросли, и все перед ним колыхалось подобно волнам, отчего закружилась голова и на короткое время к горлу подступила тошнота как во время качки. Идти в этом сером мареве было почти невозможно - деревья вырастали словно из-под земли, пугая и заставляя замирать перед следующим шагом. Он пытался ухватиться за скользкую поверхность стволов, чтобы удержаться на ногах, но пальцы его проваливались в вязкую темноту, похожую на черный кисель. Шепот становился все ближе...
Сейчас... сейчас...
Тени наконец окружили его со всех сторон. Их движения были неторопливы и сосредоточенны. Теперь шепот наполнил не только лес - он пробрался еще глубже - в его голову, чтобы проникнуть в гулко бьющееся сердце. Тело стало ватным и готово было вот-вот разлететься на молекулы, чтобы потом самому стать этим мокрым предутренним туманом...
...Эрик глухо застонал и скинул с себя одеяло. Открыв глаза, вновь зажмурился и наконец выдохнул. Он был весь мокрый от ночного кошмара. Грудь вздымалась и сердце билось часто-часто, как будто он действительно бежал от этих теней, продираясь сквозь лесную чащу.
Сквозь шторы пробивалось солнце. Встав с кровати, Эрик одернул легкую ткань и замер от бушующих за окном красок. Ставни были уже открыты - он удивился, что не слышал ни единого звука. Эрик помотал головой, прогоняя отголоски шепота в своей голове и, натянув джинсы, вышел из комнаты.
- Румос, где ты? Почему не разбудил меня?
Сбежав по лестнице, ворвался на кухню и остановился в дверях, всей грудью вдыхая запах свежего кофе.
Деревянный стол напротив камина остался тем же, каким он помнил его с детства. Все в этом доме осталось прежним, но сейчас, с высоты своего роста Эрик взирал на обстановку в некотором недоумении. Неужели когда-то он боялся звука этих тяжелых напольных часов, или камина, в который мог войти, почти не сгибаясь?
Эрик провел ладонью по отполированной годами столешнице, вспоминая вечера, которые коротал вместе с Румосом под брякание кастрюль фру Бри.
"- Говорят, что один энергичный молодой человек из Нордланда, положив ствол своего ружья на хюльдру в лесу, получил власть над ней и решил сделать ее своей женой. Они жили счастливо, у них родился ребенок, - Румос затянул петлю на рыболовной сети и взялся за ремонт следующей ячейки. - Однажды вечером этот ребенок играл у камина, где хюльдра сидела, занимаясь прядением, а ее муж занимался работой...
- У камина? Как этот? - шмыгнул носом Эрик, подперев щеку кулаком.
- Ага, - важно кивнул Румос.
Фру Бри прошла мимо них к деревянному ларю, чтобы достать несколько луковиц и мимоходом потрепала Эрика по голове.
- Так вот, внезапно в хюльдре взыграло что-то из ее жестокой природы, и она сказала, показав мужу на ребенка, что из него выйдет хорошее жаркое для ужина. Ее муж пришел в ужас!
В напряжении Эрик выпрямился и уставился на старика. Тот, взглянув на него поверх очков, нахмурил кустистые седые брови.
- Женщина поняла, что полностью себя выдала, и начала молить, чтобы ее слова были забыты. Но муж запомнил их накрепко. Ужасные слова постоянно звучали в его ушах. Благодаря им он понял реальную природу своей жены. После этого в их доме мира не стало.... Прежде добрый муж стал угрюмым, начал часто попрекать свою жену за ее дьявольское предложение и проклял тот час, когда решил на ней жениться.
По кухне пополз запах жареного лука. Эрик потер глаза и поерзал на высоком стуле.
- Так продолжалось сколько-то времени. Женщина страдала, но терпела. Однажды она отправилась в кузницу посмотреть, как муж работает, но он встретил ее проклятиями и угрозами. Тогда, используя свою волшебную силу, она схватила железный прут и обвернула его вокруг своего мужа, словно этот прут был из дерева...
За дверью раздались тяжелые шаги, затем открылась дверь:
- Мальчику нужен сон, - заявил Якоб сурово. - Он такой тощий и хилый, что я сомневаюсь в своем с ним родстве.
- Герр Хансен, неужели вы думаете, что мы не откормим его? - возмущенно возразила фру Бри и взмахнула полотенцем.
- Мы сделаем из него настоящего мужчину, - поддакнул Румос, складывая очки в футляр.
- Они уезжают через пару дней, - голос Якоба прозвучал так глухо, будто шел откуда-то из под земли.