А я стою, словно меня ведром помоев окатили у всех на виду. Ведь она говорила это достаточно громко, чтобы услышали все, кто стоит неподалеку. И остальные совсем скоро будут знать, не сомневаюсь.
Как теперь доработать до конца корпоратива?
Глава 6
Я знала, что это рано или поздно случится. Понимала, что после того выпуска новостей кто-то да поймет. Но не думала, что настолько быстро, да еще и при таких обстоятельствах. Надеялась, конечно, что вдруг пронесет, не заметят, не узнают. Должно же мне хоть иногда в жизни везти? Не должно, судя по всему…
Как мне теперь быть? Из-за журналистов, нагло лезущих в чужую личную жизнь в погоне за сенсацией, вскоре еще и в саду все будут знать, чей Рома сын. Стану отрицать — еще больше укрепятся в противоположном мнении.
Да даже если бы это было не так, никто бы не поверил. Людям больше нравится верить в то, во что им нравится верить. И плевать, насколько это правда. Совершенно плевать, как это отразится на маленьком мальчике, который все это время не знал о существовании у него отца. А мне ведь пришлось соврать, что его больше нет с нами.
Я стараюсь делать вид, что ничего не случилось. Стою на раздаче, выполняю свою работу, но желание только одно — быстрее бы все это закончилось. Если бы не сын, я бы плюнула на деньги, развернулась и уехала домой. Но я не могу. Ромке нужна зимняя обувь, и он не должен страдать из-за опрометчивых решений его мамы.
Но как же сложно делать вид, что все хорошо, когда кажется, что взгляды присутствующих поголовно устремлены на тебя. Ощущение, что теперь разговоры вокруг только обо мне. Щеки горят огнем, и саму постоянно то бросает в жар, то в холод. Едва удается достоять до обещанного перерыва. Как только появляется тамада и админ дает отмашку, я спешу на улицу, на холод, чтобы спрятаться от вездесущих взглядов.
Осенний воздух тут же дышит в лицо морозной прохладной, обещая, что зима не за горами. Не успеешь оглянуться, как ударят морозы и выпадет снег. Вот на этом и надо сосредоточиться. Вспомнив, зачем я здесь, напоминаю себе, что половину времени я уже отработала. Значит, и вторую половину выдержу.
— Не куришь? Или угостить? — голос рядом раздается неожиданно. Еще более неожиданно перед носом возникает сигарета.
Мотаю головой, продолжая смотреть перед собой. Ежусь от холода, обняв себя руками.
— А я курю. Сказали, нельзя, чтобы воняло табаком, но не буду же я столько времени терпеть? — хмыкнув, девушка прикуривает сигарету и затягивается, а я отступаю немного в сторону. Она из подработки, как и я. Утром эта девушка не изъявила желания общаться со мной, а теперь вот сама начала разговор.
Я не курю, но почему-то должна терпеть, пока она дымит рядом со мной. Места мало, что ли? Раздражает, как и все вокруг. Хочется побыстрее поехать домой, обнять сына и вдохнуть его родной запах. Вот как, оказывается, стремительно все меняется. Еще несколько часов назад я мечтала почувствовать себя частью коллектива, а теперь эта мысль кажется глупой.
— А че, правда, что у тебя ебарь богатенький? — ошарашивает меня вопросом девчонка.
Я какое-то время смотрю на нее, хлопая ресницами. Мне даже кажется, что послышалось или это она не мне. Но девушка смотрит в упор на меня и ждет ответа.
— Не понимаю, о чем ты, — отвечаю и отворачиваюсь. Мне даже удается сохранить ровный тон и, как мне кажется, равнодушное выражение лица.
Но девушку это не останавливает.
— Об отце твоего сына, не придуривайся, что не понимаешь. Слышала я о нем. Жутко богатый и красивый мужик. Только непонятно, какого хрена ты тогда делаешь здесь. Впрочем… — с ухмылкой рассматривает меня, одним взглядом показывая внезапно возникшее пренебрежение. — Старовата ты уже для такого богатенького папика. Да и страшновата.
Потушив сигарету, она скрывается внутри, оставив меня переваривать услышанное. Мне казалось, что я давно вышла из того возраста, когда подобные слова задевают. Ошиблась. Мне обидно до слез. Ком в горле проглотить никак не удается, нос щиплет и жжет глаза. Пытаюсь сдержать слезы, потому что через несколько минут нужно возвращаться обратно. А так хочется рвануть в противоположном направлении! Нельзя. Нельзя быть слабой. Зря, что ли, проработала половину времени?