— Знаешь, Гено, когда я проснулся, то мне хотелось подсыпать тебе ещё больше слабительного и перца в чай. — Сказал он, подходя. — Но судя по вашему разговору и тому, сколько я проспал, то теперь вынужден просить тебя рассказать мне о том, что сейчас было.
— Извини, ты просто не оставил мне выбора. — Попросил прощения брат.
Мы с ним стали объяснять Риперу суть дела.
End POV Error
Комментарий к 5.4. Сбор данных
04.04: уже почти неделя прошла, а я написала лишь часть этой главы. Первые три дня вообще дичь писала, потом оставила на два, а вчера так увлеклась редактором диалогов, что написала ещё 2 страницы, и того их 5. А это ещё даже не половина главы…
И в шоколаде перец, и здесь. Я последнее время так в специи влюбилась, что перец почти во всю еду сыплю. Вообще люблю специи.
Сможете узнать, чья цитата? Может я сама её сформулировала, но кажется, что она чья-то.
У Генки на перец аллергия! Не знаю, зачем, но пусть будет. Она у него только при вдыхании специи, а если она в шоколаде, например, как было в прошлых главах, то всё в порядке.
07.04: наконец дописала, ура! Концовка была сложная, так что она опять слилась, как я не старалась. Много всего, так что надеюсь, в их разговоре я ничего не забыла
========== 5.5. Решение судьбы близнецов ==========
Следующим днём.
POV Nightmare
— Братик? Братик, проснись! — Как-то глухо звучал голос Дрима, звавшего меня из моего пустого сна. Подумать только, опять ничего не снится, будто и не спишь от слова совсем. Я уже привык к этому, но всё равно неприятно.
Постепенно глаза открывались, предоставляя мне возможность увидеть местность и оценить ситуацию. Руки и ноги были прикованы к стулу, это я узнал ещё до того, как открыл глаза, иными словами — почувствовал. Понять бы ещё где мы находимся. Комната хоть и не была похожа на покои заключённых, но и особо просторной не была, больше похожа на одну из комнат на пятом этаже. Допросная ли это или нет? Ни разу не был здесь, так что точно не знаю, да и меня не пускали на этот этаж почти никогда, за исключением поставки на мою шею метки.
Полностью открыв глаза и подняв голову с холодной и твёрдой поверхности деревянного стола, я осмотрел чуть больше пространства, замечая более хороший свет, а также, само пространство стало чуть больше, будто увеличилось за секунду. Скорее всего мы действительно в допросной, вопрос лишь в том, почему?
— Найти, ты меня слышишь? — Хоть голос Дрима и не дрожал от волнения, находящегося в его ауре, но выражение лица действительно было обеспокоенным. — Братик, с тобой всё в порядке?
— Мхх. Дрим? — Мой голос был немного слаб, возможно из-за обычной усталости, хотя откуда? Я же только что проснулся. — Где это мы?
— Эх, полагаю, что в допросной на пятом. — Предположил и он, устало вздохнув. — Ну уж точно не на первом в темнице.
— Это понятно, что не на первом. — Переведя взгляд на блестящий потолок, сверкающий от света ламп, я слегка задумался. — Слушай, а почему мы вообще здесь?
— А? Только не говори, что память отшибло. — Он с недоверием и долей удивления взглянул на меня. — Если ты забыл, мы помогали Инку бежать и нас поймали, поэтому мы здесь.
— Это то я помню, — Согласился я. — но когда и почему нас схватили? Мы же всё сделали очень тихо, как они узнали?
— Это… Моя ошибка. — Взятие на себя вины Дрима, меня ничуть не обрадовало, напротив, лишь расстроило. — Мало того, что я недооценил врага, так ещё и совершил самую глупую вещь в своей жизни. И расплачиваюсь теперь за это, вот только не один, а вместе с вами.
— Что значит недооценил врага? Ты про Хоррора? — Он кивнул на мой вопрос, дав мне утвердительный ответ. — И как это понимать?
— Начнём с того, что я слишком предвзято относился к нему и был наивным. Моя необъективность сыграла со мной злую шутку, где опустила как меня, так и мой, не такой уж острый ум, на дно. — На его лице читалась грусть, хоть он и пытался скрыть состояние своей аурой, без того искажённой. — Я полагаю, Хоррор на самом деле знал и знает намного больше, чем говорит нам. Рискну предположить, что он мог знать о нашем предательстве и придумать план по нашей поимке ещё до того, как выяснилось отношение Инка к организации и его похищение. — Выдвинул он свою весьма логичную теорию. — Конечно, я не верю, что он видит будущее или умеет гадать, но не исключаю и такой возможности.
— Хочешь сказать, он знал о том, что мы окажемся предателями и потому подготовил нам план, чтобы мы в него попали и доказали его правоту? — Это звучало так нереально, как и жизнь в космосе. — Он специально позволил нам забрать Инка и дал такую спокойную обстановку, чтобы мы понервничали, но всё же рискнули. Таким образом он и узнал, что мы действительно не подчиняемся организации.
— Выходит, что так. — С досадой проговорил брат.
— Но подожди, если он знал, что мы будем предателями и заранее придумал этот план, то знал ли он и об Инке? Он ведь не мог просто ткнуть пальцем и угадать это?
— Я не знаю, если честно. — Грустный и тяжёлый вздох послышался с его стороны. — Если он действительно знал о похищении Инка и его родстве с основателями, то это ничуть уже не удивляет. Если же нет, то ему слишком повезло это угадать, что не есть хорошо.
С закрытыми глазами думать было проще и как-то легче. Восприятие более чёткое и ясное, вроде. Осознать такую информацию — это одно, а вот поверить в неё и разобраться — совсем уже другое. Я прекрасно осознаю, что ни черта уже не понимаю. Информация идёт разными потоками, а я всё равно слишком сильно путаюсь. Хоррор умный и всё так спланировал, что Дрим догадался? Получается, это — битва двух разумов и, предположительно, игроков. Не думал о нём, как об игроке, но зная теперь о возможностях Хоррора, я уже не так сильно уверен в брате.
Конечно, это не значит, что пора сдаться и ничего не делать, просто теперь… Доверять свою жизнь в чьи-то руки всегда страшно, особенно, когда не уверен в этом. Но лишь Дрим сможет противостоять Хоррору, так что нужно сохранить его жизнь. Для этого и нужно понять ситуацию.
— Ты ещё говорил о своей ошибке, что это? — Я повернул голову в его сторону, внимательно изучая как эмоции на лице, так и чувствуя его искажённую ауру, которая никак не могла определиться с тем, какие чувства сейчас должны быть.
— Самая глупая вещь в моей жизни. — Повторил свой ответ он, сжимая кулаки и хмурясь. — Охранник темницы видел меня, так что именно он и указал на моё участие. Если бы я убил его тогда, этого можно было бы избежать, но я не стал, понадеялся на чудо и вот итог. Мне стоило быть предусмотрительным. А раз я так накосячил, то очевидно и твоё участие в этом деле. Прости, что из-за моей оплошности ты тоже здесь сидишь. — Дрим отвернулся от меня в весьма подавленном состоянии, это и без плохой ауры можно понять.
— Ты не должен за это извиняться, Дрим. — Я покачал головой и вздохнул. — У каждого случаются ошибки и неудачи, не вини себя в этом. Да, ты должен был быть более аккуратным, но мы уже никак это не изменим, так что не терзай себя. — Мои слова он просто проигнорировал, замолчав на какое-то время. Его аура так изменилась за эти дни… Даже больше, чем за полгода нашего нахождения на базе, так и слечь можно, а нам это сейчас совсем не выгодно. — Дрим, что с тобой? Что с твоей аурой?
— А разве ты сам не видишь или тебе нужно об этом каждый раз напоминать? — Раздражённо цокнув, он посмотрел на меня. Глаза хоть и были солнечного оттенка, но уже не так ярко светились. — Атмосфера этого места и чувства здешних обитателей меня убивает. В воздухе витает лишь гнев, ненависть, боль, отчаяние и прочие отрицательные эмоции. Как я должен здесь себя чувствовать, скажи мне?
— Разве не ты сам искал во всём, даже в самых плохих и безысходных ситуациях, какие-то положительные аспекты? Не ты ли с детской наивностью и простодушием так относился ко всему, не думая о чём-то плохом? — Спросил его я, улавливая дрожание его солнечных глаз, что на миг засветились надеждой.
— Извини, но я больше не ребёнок, Найт. Я уже вырос из той поры, когда можно было бы смотреть на мир через «розовые очки» иллюзии. — Он ответил весьма холодно и пусто, не часто он так называет меня, только когда серьёзен. — Нет смысла теперь для этих глупостей, мир не станет лучше, если ты будешь закрывать глаза на те ужасы, что в нём происходят.